Алый король

Прокрутив на инфопланшете список пассажиров «Живаго», магос сверил данные с буквенно-цифровым кодом, нанесенным на переборку через трафарет. — Палуба шестьдесят девять-альфа, Медике Астартес, пункт сортировки номер двенадцать-ноль-ноль?

— Значит, перед нами Варэстус Сарило.

— Какой у него серийный код электротату?

— Девятнадцать, корвус-лямбда, двадцать семь, шестой-из-десятого, пятьдесят первый, один-ноль-три-пять.

Кивнув, Пром критически воззрился на кандидата.

Космодесантник лежал без сознания на стальной каталке в отсеке «Живаго», который во время перелета к Терре отвели для пострадавших Легионес Астартес.

Каждый из них получил ранения слишком серьезные, чтобы полевые апотекарий могли своими силами подлатать воина, но не настолько тяжелые, чтобы помещать его в корпус дредноута.

При этом никто не мог дать таким ценным бойцам просто умереть.

В сводчатом помещении находились еще шестьдесят четыре легионера. Некоторые из тяжелораненых недавно скончались, большинство пребывало в пороговом состоянии, где не ощущалась разница между жизнью и смертью.

Обнаженное тело Варэстуса Сарило до диафрагмы прикрывала заскорузлая простыня. Все его раны, многочисленные и глубокие, пришлись в грудь и живот. На туго натянувшейся коже воина выступали капли пота: его трансчеловеческий организм творил непостижимые чудеса, сращивая сломанные кости, восстанавливая разорванные внутренности и заново сплетая плоть.

Татуировка, нанесенная поверх сросшихся в единый панцирь ребер бойца, изображала хищную птицу со скошенными крыльями.

Впрочем, Пром и без нее по одной лишь бледной коже раненого догадался бы, что перед ним Гвардеец Ворона.

— Сколько бы чужих солнц ни увидели сыны Коракса, они никогда не загорают, — произнес Дион. — Интересно, это изъян или замысел создателя?

— Наследие их прародителя, — ответил Виденс.

— Точно. — Пром надавил пальцами на бицепс Сарило, словно бы вырезанный из слоновой кости. — Еще один повод порадоваться тому, что в моих жилах течет кровь владыки Жиллимана.

Применив толику псионической силы, библиарий направил в тело раненого биоэлектрический импульс. Мышцы Варэстуса задрожали, и под кожей, повинуясь невидимым вставкам, проявились временные рубцы электротату.

— Девятнадцать, корвус-лямбда, двадцать семь, шестой-из-десятого, пятьдесят первый, один-ноль-три-пять, — прочел Дион.

— Я мог бы воспользоваться своей гаптикой, — заметил магос. — Мне известно, как неприятно вам…

— Не надо.