В этом случае он был виновной стороной, и если таковым должно было стать его унижение, он готов принять его, до определенной степени.
– Планировалось, что наш брак будет всего лишь фиктивным, – напомнил он Габриель.
– Таким он и станет с сегодняшнего вечера, – холодно сообщила она."
"Кэм терпеливо улыбнулся и решил пропустить эту реплику мимо ушей. Он сложил руки на груди и взглянул на маленькое лицо, упрямо остававшееся безразличным.
– Габриель, – его голос стал хриплым, убеждающим. – С того момента, как ты стала мне настоящей женой, в моей постели не было других женщин.
И задолго до этого я хотел тебя и только тебя. Ты очень долго держала меня на расстоянии. Ты знаешь, что я говорю правду.
– Англичанин, – тихо и кратко ответила она, – ты неисправимый лжец.
– Я никогда не лгал тебе!
– Что я слышу! – изобразила удивление Габриель. – Так ты говорил правду, когда сказал, что я никогда не смогу стать такой женщиной, как твоя любовница?
– Я уже объяснил эту дурацкую фразу! – голос Кэма стал громче и грубее, когда его охватил гнев.
Габриель фехтовала с ним, как будто в руках у нее сейчас была рапира. Он не хотел этого. Он хотел сделать признание. Габриель простила бы его, и их отношения стали бы прежними. Выпрямившись, Кэм отошел от письменного стола.
– Ты всегда был изобретателен в объяснениях. Это я могу признать, – сказала она. – Тогда будь добр, скажи мне вот что. Где ты был, англичанин, в нашу первую брачную ночь?
Герцог застонал и зло выругался.
– Какое это имеет значение? – свирепо спросил он.
– Ты не хотела меня. Я пошел туда, где меня ждали.
– К Луизе Пельтье, чтобы быть точным. В дом, который ты снял для нее в Фалмуте.
– Да! – прорычал он.
Габриель смотрела на него в ошеломленном молчании. Ее губы дрожали. Девушка опустила ресницы, но Кэм успел заметить, что в ее глазах блестят слезы.
– Габриель, – взмолился герцог и взял ее за руки.
Она отпрянула от него. Кэм крепче сжал руки девушки.
– Ты слишком молода, слишком невинна, чтобы понять. Я знаю, о чем ты думаешь.
Нет, не отталкивай меня. – Он с силой притянул ее к себе и заговорил с нетерпением: – Мои отношения с Луизой были плотскими и не более того. Ты понимаешь? Она никогда не значила для меня больше, чем… дьявол, мой ужин, если ты хочешь, чтобы я объяснил это со всей грубостью. Я нанял ее на работу! Она продавала свое тело за деньги! Сегодня вечером она хотела нас поссорить. Когда я отказался иметь с ней какие-либо отношения, она набросилась на меня с ножом.
