И его руки связаны, потому что именно он ответствен за их безопасность. «Дипломатическая неприкосновенность!» – подумал Фуше и яростно заскрежетал зубами. Но в его руках все же осталась одна птичка. Маскарон.
Дайсон спрячет свою герцогиню на яхте и вернется за ним. Фуше был почти уверен в этом. Несколько минут он представлял, какое удовольствие доставит ему захлопнуть ловушку за чертовым англичанином. Однако эти приятные мечтания продлились недолго. Если с англичанином что-то случится на французской земле, голова Фуше полетит с плеч.
Дайсон это знал. И Фуше знал это. Но он не будет послушно стоять, позволяя англичанину уйти со своим призом.
Придя в себя, Фуше начал раздавать приказы.
– Торопитесь, мы сейчас же едем в Париж.
С таким же успехом он мог сказать «мы едем в ад», настолько испуганным и жалким стало выражение лица доктора.
– П… Париж? – запинаясь, повторил он.
Холодные глаза Фуше сузились. Он не собирался брать доктора с собой. Но что-то в его взгляде вызывало подозрение.
– Вы что-то имеете против Парижа? – вкрадчиво поинтересовался Фуше.
Несчастный задрожал всем телом, поднял печальные глаза и отчаянно стал всматриваться то в одно, то в другое невозмутимое лицо, будто ожидая от кого-то помощи.
– Итак? – прорычал Фуше.
Доктор был так напуган, что не мог ничего сказать.
На губах Фуше заиграла жестокая улыбка. Он уже получил исчерпывающий ответ. Пару запросов в Париже – и, несомненно, обнаружится что-то такое, за что это сопливое ничтожество отправится на свидание с мадам Гильотиной.
– Подготовьте своего пациента. Вы едете с нами.
Заметив Десаза, Фуше распорядился:
– Десаз, ступайте с ним. Вы лично понесете ответственность, если он сбежит. – Он перешел на устрашающий шепот. – Ну? И чего вы все ждете?
Сдерживаемая ярость в его голосе заставила подчиненных сдвинуться с места. Они бросились выполнять поручения хозяина, понимая, что не стоит ждать дальнейших указаний или озвучивать свои сомнения по поводу того, чем им, собственно, следовало заняться.
А когда обнаружилось, что кучеры Фуше мертвецки пьяны и не способны прямо сидеть даже на стуле, не говоря уже о козлах движущейся кареты, Саварин решил не беспокоить хозяина по такому пустяку. Двух других, местных мужчин, хорошо знавших дороги, заставили занять место на козлах. Это были сыновья доктора, слепленные из того же теста, что и их малодушный отец. Их легко было запугать.
