Выращенный чередой нянек и гувернанток, не выдерживавших долго уединения Данрадена, Кэм был одиноким, замкнутым ребенком. Только когда отец снова женился, мальчик впервые узнал, что такое семья.
Поначалу Кэм не доверял молодой женщине с заразительным смехом, ворвавшейся в его одинокий мир и заклинавшей называть ее Матап. В свои шесть лет Кэм недоверчиво относился ко всем новым людям, и пресловутая холодность Колбурнов была присуща ему в достаточной степени. Но мачехе удалось очаровать Кэма. Ее теплота постепенно растопила его ледяную замкнутость.
Никто не мог долго противостоять ее обаянию, а уж тем более мальчик, которому так не хватало материнской любви.
Только тогда Кэм стал воспринимать Данраден как дом. А когда родилась Маргарита, его сестра, во всей Англии нельзя было найти мальчика счастливее. Подобно рыцарям старинных времен, Кэм должен был стать защитником сестры, так, по крайней мере, сказала ему Матап. Она разжигала воображение мальчика всякого рода вздором. И Кэму нравилось это. Мальчик обожал мачеху, боготворил сестру и постепенно стал находить общий язык с грозным человеком, который до этого был темной фигурой в его жизни.
Воспоминания о том, чем он обязан мачехе, оказались спасительными, думал Кэм, приближаясь к пристани, где стояла в доке его яхта «Маргарита». Колбурн назвал яхту в честь сестры. Кэм не успел подавить воспоминания, и перед ним предстали яркие образы мачехи и сестры, какими он видел их в последний раз. Руки герцога сжались в кулаки."
"Маскарон. Этот человек вырвал из жизни юного Кэма людей, которые так много для него значили.
Герцог отказывался чувствовать даже намек на угрызения совести за то, что пришлось пережить Габриель. Она выжила. И если эта девушка когда-нибудь узнает, какую роль он, Кэм, сыграл в крахе ее деда, она не задумываясь отправит его на тот свет при помощи ножа или пистолета, как только представится такая возможность. Судьбе угодно было сделать их врагами. Да будет так. Лицо герцога ничего не выражало, когда он поднялся на борт «Маргариты» и отдал команду отплывать в Кодебек, следующую безопасную гавань в их путешествии по Сене.
Возле городка Кодебек стихия впечатляла. Волна прилива встречалась с водами Сены с такой скоростью, что речные потоки поворачивали в обратном направлении. А путешественники находились на расстоянии нескольких миль от устья.
Более двадцати четырех часов Габриель пробыла взаперти в маленькой каюте. Все это время девушка не видела англичанина, да и не хотела его видеть.
