— Мы провели церемонию под вальс Мендельсона и обменялись кольцами, и даже отметили это событие в ресторане! Так что я считаю твоё обещание выполненным. А этот бант теперь просто бант. — Саша сделала шаг вперёд и протянула украшение своей сестре. — Мы можем носить его по очереди. Он настолько же твой, насколько и мой. Но ты нравишься Артёму больше, чем я. Это очевидно! И поэтому я тоже согласна!
Катя взяла бант в руки и, чуть не заплакав от нахлынувших на неё чувств, крепко обняла сестру обеими руками.
Ну и дела! Получается, сёстры только что открыто признались, что хотят быть моими девушками! И решили, что согласны делить меня.
То есть, у меня теперь две девушки сразу. Две! И мне не нужно скрывать своих чувств к ним. И они не будут ревновать меня друг к другу. Обалдеть!"
"Однако Саша ничего не сказала про моё желание. То, которое я озвучил позавчера ночью: стать моей женой на один вечер. Но если она сказала, что считает моё обещание исполненным, то, наверное, эта просьба тоже считается выполненной.
В любом случае я рад, что всё разрешилось вот так!
Я сделал шаг и молча обнял обеих сестёр.
— Больше никаких обид! — прошептала сестре Катя.
— Никаких обид! — так же шёпотом ответила ей Сашка.
Думая каждый о чём-то своём, мы молча стояли в обнимку. Катя сжимала в объятиях Сашку, а та — её. Я же прижимался грудью к плечам сестёр и обнимал их обеих двумя руками.
— Тём? — семейную идиллию прервал голос младшей сестры. — А ты-то согласен?
Я широко улыбнулся. Уже думал, что и не спросят!
— Да, кстати… — смущённо засмеялась Катюха.
— Согласен, конечно! И рад, что мы всё обсудили! — не выпуская девчонок из рук, сказал я. Покачал сестёр в разные стороны. А потом вспомнил, с чего всё, собственно, началось. — Кхм… Девчули! Так где же мой термос? Кто-нибудь знает?
— Я знаю! — откликнулась Саша, выпуталась из наших объятий и выбежала из спальни.
Я уже было отправился за ней, но Катя поймала мою ладонь и остановила меня.
— А ты мне не поможешь? — сказала она, отпустила мою руку и отошла к шкафу.
Выдвинула один из ящиков и, перебирая нижнее бельё, стала кидать в меня трусики. — Может, вот эти?.. Или эти?.. Нет, вот!.. — Пока я разглядывал брошенное в меня нижнее бельё, Катя задвинула ящик обратно и достала что-то ещё из другого. — Ты не будешь стесняться, если я?.. — не договорила она, и её полотенце упало на пол. — Ой…
Вещью, что Катя едва не уронила, пытаясь снять с себя полотенце, оказался короткий топ молочного цвета на пуговичках.
