Амалия. Книги 1-5

 – Теперь осталось только найти остатки еды со стола мадам Эрмелин и обследовать их.

Рудольф иронически покосился на нее.

– Дорогая кузина, – промолвил он, – с того злополучного обеда прошло как-никак два дня. Вы что, всерьез полагаете, что какие-то жалкие объедки могли так долго сохраняться? Разумеется, их уже давно выбросили.

– Месье граф прав, – подтвердил Деламар. – К сожалению, обследовать пищу мадам Эрмелин нам уже не удастся.

– Равно как и сделать вскрытие на предмет ее отравления, – хмуро добавила Амалия.

Деламар с удивлением уставился на нее.

– О, теперь я вижу, что вы действительно жена полицейского, – заметил он. – Обычно дамы при одном слове «вскрытие» падают в обморок.

– Но ведь мы должны хотя бы приблизительно установить, как именно отравили мадам Эрмелин, – настаивала Амалия, пропустив замечание сыщика мимо ушей. – Одних догадок мало, ведь для полноценного следствия наверняка потребуются обоснованные факты. – И внезапно ее осенило: – А что, если обратиться к отцу Рене? Он ведь был долгое время миссионером в Африке.

Деламар немного поразмыслил.

– Знаете, мадам Дюпон, а в вашем предложении что-то есть, – признался он. – Пожалуй, я и впрямь побеседую с ним – после того, как поговорю с Кристианом Эрмелином и его женой.

Однако полноценного разговора у сыщика и его помощников не получилось. Едва Деламар назвал имя Леонара Тернона, как Кристиан явно занервничал, а его жена побледнела и отвернулась.

– Право же, я не понимаю, к чему все ваши расспросы… – промямлил Кристиан. – Ведь Леонар Тернон давно умер!

Деламар терпеливо повторил все доводы в пользу того, что Леонар Тернон мог остаться в живых, вернуться в Европу, выследить семью Эрмелин и, улучив удобный момент, начать мстить им.

– Извините, но это какой-то детективный роман, – сказал Кристиан, разводя руками. – С чего Леонару вообще мстить нам?

Деламар покосился на зеленоглазую Ортанс, которая с самого начала беседы не проронила ни слова.

– Я слышал, у него для этого могли быть особые причины, – осторожно ответил он.

Кристиан побагровел. Даже его лысина и та сделалась розовой.

– Как глупо! – с ожесточением выкрикнул он. – Просто ужасно глупо! – Он сделал несколько шагов по комнате. – Простите меня, месье, но я вообще начинаю жалеть, что попросил вас заняться этим делом, – с вызовом проговорил он, выставив вперед подбородок.