Амалия. Книги 1-5

– Семейные тайны, будь они неладны… – проворчал Рудольф, зевая и прикрывая рот ладонью. – Ладно, пусть тогда пеняют на себя, когда появится третий труп. – Он вздохнул. – Интересно все-таки, кем может быть этот чертов Леонар?

– По правде говоря, меня куда больше интересует вопрос: кто увел драгоценности? – признался сыщик. – Белоручка то был или нет, но я бы с превеликим удовольствием надел на него наручники. Ненавижу, когда меня водят за нос.

– А как насчет алиби? – деловито осведомилась Амалия.

– О, с алиби у всех все вроде бы в порядке.

 – Он полистал свою записную книжку. – Вот, смотрите. Голландец, торговец чаем, не выходил из каюты, потому что у него морская болезнь. Его жена весь вечер была с ним. Художник рисовал у себя, но у него опять-таки один свидетель – жена, а я, честно говоря, не очень доверяю показаниям жен. Мистер Дайкори не покидал читальни, где его видела вся обслуга, равно как и его сопровождающий, мистер Льюис Нортен. Сеньора Кристобаль скандалила с компаньонкой около восьми, и ее вопли слышали две горничные и матрос, но это не значит ровным счетом ничего. Вряд ли они могли препираться битых полчаса, во время которых были совершены убийство и ограбление. Маркиз Мерримейд тоже находился в каюте со своей женой. К ним около указанного времени заходила горничная. Но она же не сидела и не сторожила их, верно? Мистер Ричардсон был в бильярдной с Проспером Коломбье, Луиза Сампьер раскладывала пасьянс, и так далее и тому подобное. – Сыщик скривился. – Что же до миссис Рейнольдс, то она наверняка пыталась научить дочь, как правильно вызывать духов, а герр Кляйн, вероятно, вслух читал своей жене перед сном, и я сильно удивлюсь, если у них обнаружатся свидетели.

– То есть практически в каждом алиби не счесть дыр, – сказала Амалия.

– Словом, если принять все это на веру, – он указал подбородком на свою записную книжку, – то окажется, что никто не мог убить адвоката и никто не мог украсть драгоценности. Большинство пассажиров до путешествия вообще не подозревало о существовании Боваллона, а Эрмелины, которые его знали, души в нем не чаяли.

Вот так.

– Однако вы все же кого-то подозреваете? – настаивал Рудольф.

– Еще рано пока говорить об этом, – заметил Деламар уклончиво. – Вы, месье, и вы, мадам, очень умны и наверняка успели сделать свои выводы. – Он подался вперед. – Скажите, вам никто из пассажиров не показался…

Рудольф широко улыбнулся, а сам прикидывал, сколько уже раз сегодня здесь был задан подобный вопрос.