Амалия. Книги 1-5

Сеньора Кристобаль сначала закапризничала, заявив, что туман дурно влияет на голосовые связки, но потом все же пришла. Не потому, что ей было жаль убитого, а потому, что находила красивыми глаза у священника.

Кроме оперной дивы, Амалии с кузеном, сыщика-вора, отца Рене, Марешаля и угрюмых матросов, присутствовали также французский дипломат, Ричардсон, миссис Рейнольдс с дочерью, донья Эстебания, аккомпаниатор и члены семьи Эрмелин – Ортанс в черном, прямая и незыблемая, как скала, Армантели, младший брат убитого и Луиза Сампьер.

Волны лениво плескались о борт судна, отец Рене читал молитвы, и все присутствующие казались черными тенями, затерявшимися в тумане. Только вчера Кристиан был жив, а сегодня… сегодня… Сегодня его больше нет, а когда-нибудь и все те, что провожают его в последний путь, уйдут в небытие. Капитан, матросы, сама Амалия, Рудольф, отец Рене – все. Жизнь – кувыркание на нити, протянутой над бездной небытия. Они все упадут в нее, один за другим, и никто не избегнет конца. «Каким же будет мой конец?» – спросила себя Амалия. Возле нее в тумане завозилась сеньора Кристобаль, крестясь и шумно вздыхая.

Рудольф заметил состояние Амалии и решил ее отвлечь.

– Между прочим, вообще непонятно, что я тут делаю, – вполголоса объявил он. – К вашему сведению, кузина, я протестант. – Амалия шикнула на него, но неугомонный немец продолжал, ничуть не смущаясь: – У этого священника физиономия разбойника с большой дороги. Интересно, где его угораздило заработать такой шрам?

– Рудольф, – умоляюще шепнула Амалия по-немецки, – перестаньте!

– Согласен, – тут же нашелся невыносимый кузен.

 – Виноват, в тумане я не разглядел. Вы правы, кузина: он похож на святого. – Амалия сердито воззрилась на германского агента, но Рудольфа ее взгляд не остановил. – Помнится, когда я был в Константинополе…

– В Стамбуле, – поправила его Амалия. – Константинополь, столица Восточной Римской империи и Византии, прекратил свое существование в 1453 году. – Она чихнула.

– Это вам за то, что вы перебили меня, – объявил несносный Рудольф.

 – Так вот, когда я был в… Турции, я имел несчастье столкнуться с одним типом, у которого было такое приятное лицо, располагающее к себе, что все торговцы готовы были поверить ему в долг – вещь, совершенно для тех краев невиданная. А он…

– Дайте-ка я угадаю, – перебила Амалия. – Он оказался наемным убийцей.

– Если бы! – хмыкнул Рудольф. – На самом деле он был работорговцем и мерзавцем, каких поискать.