Амалия. Книги 1-5

Подумайте только: он чуть не продал меня евнухом в гарем!

– Кузен, кузен… – заворчала Амалия, испытывая мучительную неловкость.

Но Рудольф безжалостно продолжал:

– Мораль, моя бесценная кузина: если вы видите перед собой такое положительное лицо, что дальше некуда, значит, перед вами двуличный мерзавец, на котором клейма негде ставить. Никогда не доверяйте внешности, Амалия, смотрите только на две вещи: на глаза и на руки. Глаза скажут вам все, что их обладатель хочет скрыть. Руки выдадут, чем и как он занимается.

Не попадайтесь на обман мошенников и не забывайте, что по-настоящему хорошие люди всегда вызывают чувство легкой неловкости: ведь, как вы сами знаете, честность, бескорыстие и доброта у нас не в чести. Впрочем, вы уже наверняка это поняли.

– Кузен… – умоляюще прошептала Амалия. – Вы ведь все выдумали?

– Про евнуха в гареме.

– Клянусь вам, кузина! Я был на волосок от гибели. Если вы хотите узнать подробности…

– Не хочу. Перестаньте, кузен.

– Вы надо мной смеетесь.

– Ничуть.

Что может быть хуже, чем быть евнухом?

– Хорошо, молчу. – Рудольф надулся. – Но с вашей стороны нехорошо подозревать меня в обмане!

Отец Рене закончил читать заупокойную молитву, и белый мешок с телом Кристиана исчез в водах океана, где его уже наверняка поджидали сотни голодных рыб.

– Хочу есть, – объявил Рудольф капризно. – Кстати, я только что придумал новое название для фирменного десерта местных поваров: пирожное «Мечта в саване».

Амалия всегда гордилась своей выдержкой, но тут ее нервы все-таки сдали.

Она оттолкнула руку Рудольфа и отошла к Деламару, который разговаривал со священником.

– Сэр, – заявил Рудольфу Роберт П. Ричардсон, ставший невольным свидетелем этой сцены, – вы негодяй! Обижать такую прекрасную молодую леди!

– Сэр, – учтиво отозвался граф фон Лихтенштейн, – позвольте вам заметить, что это моя леди, а не ваша. Что хочу, то с ней и делаю.

– Знаете, сэр, – с горечью сказал американец, – если бы мы были на берегу, я бы посадил вас на корову задом наперед и в таком виде пустил бы гулять по прериям.

– Если бы мы были на берегу, многоуважаемый сэр, – еще учтивее отвечал немец, – то я бы заставил вас сожрать живьем всех ваших коров и вашего дядюшку Чарли в придачу.

– Однако! – пробормотал ошеломленный американец, которому вероятность такого поворота событий не приходила в голову.

– Значит, вам все-таки удалось выяснить, кто убивал этих несчастных? – говорил меж тем отец Рене Амалии.