Амалия. Книги 1-5

Ключи от наручников находились у шерифа Стивенса, болтавшего с напарниками в противоположном конце вагона.

Если убить Оливера и забрать у него ключи… Однако ведь другие охранники вряд ли будут бездействовать в это время…

О наручниках Билли не беспокоился. Мало кто подозревал, что у него такие миниатюрные, узкие кисти рук, которые вполне, если постараться, можно протиснуть сквозь кольцо. Именно это помогло ему бежать в прошлый раз, когда, казалось, спасения ждать неоткуда. В детстве Билли был худ, узкоплеч и мал ростом.

Его часто колотили другие мальчишки, но он был злопамятен и отвечал ударом на удар. А когда не получалось дать сдачи, отомстить, страдал и злился на себя. Собственное телосложение долго раздражало его, пока он не понял, что оно имеет и свои преимущества. В здоровяка легче попасть из револьвера, например. И, будь у него запястья не такими тонкими, он бы давно болтался на виселице.

Медленно, чтобы не привлечь ничьего внимания, и все время следя краем глаза за ненавистным Оливером, Билли стал освобождаться от наручников.

Неожиданно состав заскрежетал на повороте и остановился. Двух мужчин отшвырнуло к стенке. Они поднялись, чертыхаясь.

– Водокачка, – фыркнул Оливер. – Твоя очередь сдавать, Джо.

А в вагоне первого класса в то же время шел обычный разговор.

– Любопытно было бы на него взглянуть, на этого маленького бандита… – говорила леди с корзинкой из искусственных цветов на шляпке.

– Конечно, моя дорогая, – благодушно соглашался ее муж.

 – А то скоро его повесят, и смотреть будет не на что.

За два купе от них Роберт П. Ричардсон сказал Амалии:

– И все-таки поезд – самый надежный вид транспорта.

Как станет ясно из следующей главы, ему не следовало утверждать это так категорично.

Машиниста экспресса Остин – Сан-Антонио звали Фрэнк У. Маккарти, и утром одиннадцатого декабря он еще не знал, что ему суждено стать героем. Предки Фрэнка были шотландцами, и от них он унаследовал скупость движений, расчетливость – как в денежных делах, так и во всем прочем – и умеренную страсть к превосходному элю.

У своих хозяев Маккарти числился на хорошем счету. Он добросовестно относился к работе и был известен тем, что поезда, которые он вел, всегда приходили точно в срок. Поэтому, когда в грудь ему неожиданно уперлось дуло двуствольного обреза, первая мысль машиниста была не о жене, веснушчатой Эми, и не о пяти детях, в которых он души не чаял.