Амалия. Книги 12-21

— Зато мы увидим Вареньку и ее жениха. Давненько мы ее не видели! — добавила супруга.

— Угу-м, — промычал Павел Петрович.

— Ты знаешь, кто ее жених? — с любопытством спросила Анна Владимировна. Сама она долгое время надеялась, что племянница Варенька выйдет замуж за их Митю, но отец Вареньки, суровый генерал Мезенцев, высказался категорически против брака между близкими родственниками, за что Анна Владимировна его сильно невзлюбила. — Кажется, он военный?

Павел Петрович метнул на нее хмурый взгляд.

— Я знаю только, что он служит при дворе, — сказал он.

 — Натали не сообщала мне подробностей.

«При дворе, скажите пожалуйста! — мелькнуло в голове у Анны Владимировны. — Уж не лакеем ли?» Однако она согнала с лица скептическое выражение и улыбнулась.

— Все-таки хорошо, что нам удалось заполучить на вечер этого итальянца, — заметила она. — Правда, долго пришлось его уламывать, но…

Павел Петрович вздохнул и спросил довольно равнодушно:

По правде говоря, за последние дни жена говорила ему об особом госте много раз, и статский советник уже начал жалеть, что они вообще устраивают этот вечер.

— Конечно, о нем, — несколько обиженно отозвалась Анна Владимировна. — А о ком же еще?

Поскольку в Петербурге у Верховских было все-таки еще слишком мало знакомств, а одними родственниками в таком случае не обойтись, Анне Владимировне пришла в голову гениальная мысль — пригласить на вечер знаменитого хироманта Пьерлуиджи Беренделли, которого они знали еще по Ментоне. Летом Павел Петрович лечился там от камней в почках, тогда супруги Верховские и познакомились с итальянцем, чья дочь тоже находилась на курорте.

Осенью Беренделли возобновил гастроли по Европе, во время которых он неизменно поражал публику своими знаниями — предсказывал судьбу по руке и читал прошлое и будущее с такой легкостью, словно они были открытая книга. Сейчас хиромант находился в Петербурге и вскоре собирался уехать в Париж, так что Анне Владимировне пришлось приложить нешуточные усилия для того, чтобы заполучить к себе знаменитого итальянца. Заручившись его согласием, Анна Владимировна вздохнула свободнее: теперь она была уверена, что ее вечер ждет неминуемый успех. Даже эксцентричная графиня Толстая и та напросилась через Павлушиного начальника к ним в гости, чтобы поглядеть на хироманта. И Городецкие, что ни говори, сначала отнекивались от приглашения, пока не узнали, кого встретят у Верховских. В глубине души Анна Владимировна ликовала.