Американец, но все-таки русский

Группа Тарибо оказалась по правому борту винтокрылой машины.

«Да, очень неплохо было бы ее завалить, — по-думал Касал, поглаживая спусковой крючок автомата. — Тогда гвардейцы не получат боеприпасы и подкрепление, а нам перепадет хорошее денежное вознаграждение».

Точную дистанцию до цели по единственному пятну света определить было невозможно. К тому же эта проклятая фара так слепила людей, что стрелять они могли лишь наугад.

— Подходит! — крикнул слева Сани.

— Огонь! — скомандовал Касал и полоснул из автомата по брюху вертушки, пролетавшей над его головой.

К машине потянулись десятки смертоносных трасс. Вела огонь и вторая группа, находящаяся в сотне метров к северу.

Некоторым стрелкам не хватало опыта ведения огня по воздушным целям. Они брали неверное упреждение. Огненные росчерки проходили мимо мишени и исчезали вдали.

Поначалу транспортный вертолет будто и не получал попаданий в правый борт и в брюхо. Он уверенно продолжал полет в сторону окраины Рамира. Касал с отчаянием подумал, что его затея с треском провалится.

Сейчас русская вертушка скроется из виду. Вместе с ней испарятся и мечты о крупном денежном вознаграждении.

Но все-таки ему повезло.

Несколько пулеметных очередей повредили двигатель и другую начинку моторного отсека. Возможно, пострадало и управление. Во всяком случае, через несколько секунд после обстрела вертолет стал резко снижаться.

— Есть! Мы в него попали! — радостно завопил полевой командир.

Товарищи, стоявшие рядом, тут же поддержали его радостными криками.

Послышался громкий треск ломаемых деревьев. Это происходило метрах в пятистах на восток. Громкий гул двигателей и редуктора стих.

— Второй, ответь Первому! — проговорил Касал в микрофон мобильной радиостанции.

— Второй на связи, — тут же отозвался Тарибо. — Кажется, мы его сбили!

— Да, сбили. Бегом к моему отряду!..

Группа быстро воссоединилась и кинулась на восток, в ту сторону, куда ушла подраненная вертушка.

В сезон дождей травы и кусты здесь вытягивались в рост человека.

В саванне в такое время не разглядеть даже крупное животное. Но сейчас был период засухи. На небе который день не появлялось ни единого облачка. Поэтому и пустошь, по которой люди Власова бежали к пикапу, выглядела безжизненной и выжженной солнцем. Бросались в глаза лишь островки метровых кустов да пучки желтой сухой травы.

Парни перемещались короткими перебежками от куста к деревцу, от бугорка к ямке. Упав, они сразу перекатывались чуть в сторону и осматривались.