Амулет сибирского шамана

Убедившись, что эта кошка в жизни не пропадет, Алевтина ушла к себе в отделение.

Там ее захватила обычная суета, а в следующие дни было три операции, причем одна очень сложная, а вторая не слишком, но зато с осложнениями, о которых никто и подозревать не мог. Так что Алевтина оставалась в больнице до позднего вечера, и домой приезжала только спать. Заведующий ее даже от дежурств освободил, и так, сказал, в отделении едва не ночуешь.

Марфа Петровна пришла в сознание, но сказать ничего не могла, не потому, что речь отнялась, а потому что ничего не помнила.

– Что сижу – помню, – говорила она слабым голосом Алевтине, когда та вырвалась к ней в реанимацию буквально на десять минут, – что книгу свою смотрю – помню, а что дальше было – убей меня бог, не помню!

«Может, и к лучшему», – подумала Алевтина, пожелала кладовщице скорейшего выздоровления и побежала к себе.

Так что про квитанцию она вспомнила только через несколько дней, нашла в ординаторской старый мобильный телефон, который забыл кто-то из больных, да так за ним и не явился.

Выслушав в ответ нелюбезный женский голос, который сообщал, что такого номера не существует, Алевтина нисколько не удивилась. Если этот тип даже фамилию на квитанции не ту дал, то уж номер телефона точно соврал.

И снова закрутила ее больничная суета, и пришла в себя она только поздним утром в воскресенье, когда очнулась от тяжелого сна и с изумлением посмотрела на часы, на которых было без десяти два. Ничего себе поспала!

В голове шумело и бухало, как будто накануне она выпила две бутылки шампанского и плясала до утра, чего Алевтина в жизни никогда не делала, она вообще не курила и к алкоголю в любом виде оставалась равнодушной.

Она со стоном повернулась на кровати и обнаружила, что пододеяльник с одной стороны мятый и рваный.

Все ясно: Тимофей. Он страшно рассердился на нее за то, что неделю она почти не бывала дома. И, судя по дырам, драл пододеяльник он долго и со вкусом, а она даже не проснулась! Так что кот вообще озверел, и сейчас к нему лучше не соваться.

Алевтина посидела немного, оглядывая комнату, и не увидела ничего хорошего. Кругом пыль, полумрак, воздух спертый, нужно проветрить, только проверить, нет ли поблизости кота, а то выскочит и может свалиться вниз.

Не найдя кота в обозримом пространстве, она ушла в ванную, а вернувшись, осознала, что безумно хочет есть.

Она открыла холодильник – и тяжело вздохнула.

В нем царила, выражаясь словами старой песни, пустынная зима.