Анатомия одной семьи

И именно там все считалось модным и пафосным.

— Мы можем себе позволить хороший ресторан! — упрямо сказал Олег.

И Соломатину тронуло это «мы», но озадачил этот упор на финансы.

— Конечно, можем, но рестораны в нашей округе тоже неплохие! Впрочем, как хочешь, — Соломатина улыбнулась.

Всю дорогу они говорили о вещах совершенно незначительных, но Соломатина понимала, что это только прелюдия.

На этот раз Федотов выбрал ресторан солидный, Инна оглядела стайку модных девушек, выгружавшихся из такси, и мужчин, небрежно хлопающих дверцами дорогих машин.

Соломатина спокойно относилась к гламурно-пафосным проявлениям, к тому же они с Олегом выглядели не хуже всех остальных. Инна даже заметила, с каким интересом окружающие оглядели статного, в идеально сидящем костюме Федотова.

Заказ они сделали быстро, Федотов спросил, какое вино Инна предпочитает, и Соломатина поняла, что после первого бокала он и заведет беседу.

Так оно и случилось. Отпив вина и поглядев по сторонам, Федотов произнес:

— Я поняла, — ответила Инна, — тебе быстро удалось найти место.

Но знаешь, я никогда не сомневалась в тебе и в твоих способностях. И это твой первый успех в Москве, но не последний.

Федотов как-то странно посмотрел на нее и произнес:

— В какой-то степени это удача. Я с тобой согласен.

— Инна, я теперь работаю в школе, — Федотов откинулся на спинку стула и наблюдал за Инной.

Соломатина чуть не выронила вилку из рук.

— В школе. Я — учитель математики старших классов. Еще я классный руководитель девятого «А».

Ну, мне предлагают вести факультативы… Короче, в школе очень много работы.

— Я себе представляю, — растерянно произнесла Соломатина.

— А еще там очень интересные люди. Вот, например, директор школы, Арлен Семенович. Или учительница русского и литературы Софья Андреевна…

— …Толстая? — спросила Инна.

— Вот! Ты только себе представь! Софья Андреевна!

— Представляю. Федотов, это ты успел за одну неделю? Устроиться учителем, стать классным руководителем, познакомиться с Софьей Андреевной?

— Да, я всегда отличался энергией, — вдруг рассмеялся Олег.

Было видно, что ему полегчало — он сказал правду, Инна его не убила, не встала и не ушла. «Собственно, что тут позорного или плохого? Учитель? Что это я… — подумал про себя Федотов. — Что это я трусил?» По правде говоря, он действительно трусил. Потому что точно знал: для Соломатиной профессия учителя достойна уважения, вот только от него ожидали большего.