Андердог - 3: Тёмный континент

А потом, положив широкую ладонь на мое плечо, он тихо добавил, отчего все волосы на моем теле встали дыбом:

― А за своего дружка гремлина не беспокойся. Он будет ждать твоего приезда здесь.

День отплытия «радовал» промозглой пасмурной погодой. Море, будто дикий зверь, почуявший приближение добычи, яростно штурмовало неприступный скалистый берег. Холодный, пробирающий до мозга кости, ветер приносил неприятный солоноватый запах перегнивших водорослей и морской воды.

На «Акуле», двухмачтовой шхуне, принадлежащей гильдии искателей, кипела работа.

Хмурые моряки грузили мешки, свертки с едой и одеждой, катили деревянные бочки с пресной водой, тащили связки коротких копий и стрел.

Я чувствовал недовольство этих людей. Они были злы. Из обрывков, услышанных мной фраз, команда считала выход в море накануне сезона штормов самоубийством. На капитана Такеду и двоих его бойцов постоянно недобро косились. Мне порция неприязни тоже досталась.

Я наблюдал за суетой на борту шхуны и краем глаза следил за подручными капитана.

Уровни ― за сорок. Рожи хищные. Хорошо и в тоже самое время неброско экипированные. Телосложением и повадками они очень напоминали своего командира. Похоже, Такеда пользуется уважением среди подчиненных.

Вчера король говорил об отряде, и когда я утром увидел всего двоих бойцов, то был изрядно удивлен. Капитан потом объяснил мне, что много солдат ― много нежелательного внимания. Шпионы магов повсюду.

Я еще тогда вслух удивился отсутствию логики в его словах. Много внимания? Разве капитан, особо приближенный к королю, не является заметной персоной? Наверняка за ним следят днем и ночью.

На что он спокойно ответил, мол, это дело на личном контроле его величества, и что посылать другого командира — это огромный риск.

От мрачных мыслей отвлек голос Такеды:

Я рассеянно обернулся и ответил ему кивком.

Погрузка на «Акулу» была закончена. Шлюпки подняты и закреплены. Команда уже находилась на борту. Седобородый капитан шхуны, широко расставив ноги, стоял в носовой части судна. Зорко приглядывая за работой команды, он иногда отдавал короткие жесткие приказы.

Как только подняли якорь и поставили паруса, постепенно набирающий силу ветер потащил шхуну в открытое море.

Я грустно взглянул на далекие очертания Айронвилля. Сердце защемило. Я уходил, оставляя друга. На душе было тяжело и погано. Побег уже ничего не решал. Только богам было известно, где держат Ми.

Но в моей душе было и еще кое-что. Стальной король, сам того не подозревая, подал мне идею.