Ангел для Лютого

Да и был ли этот гипноз? Может, я себя обманываю, чтобы хоть как-то оправдать слабость?

— Хватит! — чуть слышно шикнула на себя, останавливая зарождавшую истерику.

Не дело предаваться унынию и заниматься самоедством. В первом случае: случилось то, чего я упорно добивалась. Да, неприятно, когда к тебе относятся, как к использованной салфетке. Но и тут есть огромный плюс — я не смогу полюбить мужчину, который позволяет себе унижать жену. А насчёт своей реакции — и с этим справлюсь, буду напоминать себе всегда его: «Проверку прошла, можешь быть свободна».

 Немного успокоившись, достала из привезённой коробки пяльцы с недоделанной вышивкой, включила свет и сев, на кровати, поморщившись от дискомфорта внизу, принялась за работу. Я всегда так себя успокаивала, это помогает отвлечься. Пусть на время, но мне сейчас и этого достаточно. Хотя… в душе я жаждала сбежать из этого дома, чтобы побыть хоть немного одной. Но если я это позволю себе, то покажу свою уязвимость. Я так и не поняла, какую игру он затеял, но что-то мне подсказывает: всегда нужно быть начеку.

Чем больше я общаюсь с Лютовым, тем сильнее убеждаюсь, что добровольно угодила в ловко расставленную западню. И опять вопрос: зачем ему это?

Я бы ещё долго анализировала ситуацию, но мои размышления прервал шум открывшейся двери. Я от неожиданности вздрогнула, а потом, увидев пижона, чуть не взвыла от отчаянья. Вот его мне в последнюю очередь хотелось лицезреть. И всё же я сумела взять себя в руки и с невозмутимым видом спросить.

— Да. — Холодно отвечает, словно совсем недавно не целовал меня нежно.

— Завтра утром с Региной пойдёшь к врачу, проверишься.

— Я не могу завтра утром, мне на работу нужно!

Он посмотрел на меня со злой усмешкой на губах, и выдал:

— Считай, что ты уволена, раз твоя работа мешает исполнению договора.

— Что?! — Я соскочила с кровати и решила высказать, что думаю о его отношении к договору. — Значит, если я нарушаю, это сразу — приговор. А если вы, то ничего страшного…

— Ну а что ты хотела? — иронично смотря на меня, произносит он с ухмылкой на губах.

— Не я же умолял подписать договор, а ты. Так что, дорога жёнушка, будь добра делать то, что я скажу. Не можешь утром сходить к врачу — увольняйся.

— Но я хочу работать!

— То, что ты хочешь, меня волнует в последнюю очередь.

 Развернулся и ушёл, больше не сказав ни слова, лишь окинув напоследок пренебрежительным взглядом.

Ну и как это понимать?

Ангелок опять ушла в глухую оборону после нашего разговора в её спальне.