Ангел для Лютого

— Ангелок, последний раз даю шанс. Не хочешь договор подписывать — вали! — вспылил.

— Безумно хочу, — твёрдо ответила, пронзая меня злым взглядом.

— Тогда, будь добра, при посторонних хоть держи лицо, а то даже меня на слезу пробивает от твоего скорбного вида. Запомни, у нас любовь… — Смотрю пристально, у неё шок от такой новости, поэтому и уточняю: — Для окружающих.

— Поняла, — уже спокойно отвечает.

Ничего ты не поняла, ангелок. Да и не нужно. Пока…

Он опять общался со мной в своей высокомерной манере, но я так устала, что было всё рано.

Хочет, чтобы изображала любовь — попробую. Хотя я не сильна в лицедействе. Да и не люблю фальшь. Но придётся учиться. Теперь моя жизнь — одна большая сцена, что скажет главный кукловод, то и буду исполнять. Любовь... Он сам-то знает, что это за чувство? Что-то мне подсказывает — нет. Да и я, если откровенно, не знаю, что чувствует женщина, когда влюблена. В книгах написано много об этом, но одно дело — одухотворённое описание в поэзии, а другое на себе испытать это чувство. Никогда не думала, что окажусь в таком дурацком положении.

«Да, папа, и с этим я тебя подвела. Обещала не размениваться по мелочам, выйти замуж по любви, а вот оно как вышло…»

— Нет, так дело не пойдёт! — слышу возмущённый голос Егора Александровича. Перевожу на него взгляд. — Иди-ка сюда, ангелок! — хлопает рукой по своему колену, приглашая присесть.

— Не вижу в этом необходимости, — строго отвечаю.

Нечего из меня делать цирковую собачонку, которая будет хвостиком валять по его команде.

Нужно будет изобразить любовь — сделаю. А сейчас мы одни, так что пошёл он к чёрту!

— Б**я, как с тобой тяжело! — резко встаёт он с кресла и стремительной походкой направляется ко мне.

Стаю на месте, не вижу смысла убегать — всё равно поймает.

— Можно матом не выражаться при мне, слух режет.

Он остановился рядом, и его горячая ладонь прикоснулась к моей талии. Опять не двигаюсь, не хочу оправдывать его ожидание. Ведь он рассчитывает, что я начну брыкаться.

— А ты уговори меня, — произносит интимным голосом, а его ладонь опускается ниже.

Смотрит так выжидающе.

— Мне упасть в ножки, или есть другой способ?

— Есть, — его рука легла на ягодицу и сжала, — видишь, я даже подсказку даю.

— Хорошо, можете материться, потрачусь на беруши.

Он запрокинул голову и рассмеялся. Отсмеявшись, Егор Александрович, продолжая меня удерживать, посмотрел в глаза и, качая головой, выдал:

— Ангелочек, с тебя партнёр никакой. Всё приходится делать самому.