Ангел для Лютого

Ладно, сегодня помогу, а дальше давай-ка включайся в игру.

Не поняла, что опять-то не так?! Миг — и он дергает меня вверх и вновь впивается в губы. Мычу, пытаюсь ворваться, но этим ещё больше распаляю мужчину. Успокоилась — пусть насладится своим триумфом, но это сегодня и сейчас. Мне нужно подписать этот чёртов договор, так что потерплю. Он отстраняется, в глазах торжество:

— Вот так-то лучше, уже блеск в глазах, губки припухли, и, наконец, появился румянец. Так, нужно ещё причёску немного растрепать.

— Выдёргивает резинку из моих волос. — А то на учительницу начальных классов похожа.

— Пока да, а там посмотрим. — Отходит и вновь меня осматривает придирчивым взглядом. — Хотя нет.

Да что опять-то не так?!

— Пуговичку нужно расстегнуть. — Я даже рта не успела открыть, а он уже всё сделал. Ну вот точно не мужчина, а ураган. — Теперь всё как должно быть. И ещё, ангелок, дома потренируемся с поцелуями и обнимашками, чтобы не брыкалась при посторонних.

— Слушайте, — сжала я от злости кулаки.

— Не нужно тренироваться, не буду я шарахаться от вас.

— Проверим? — приподняв провокационно бровь, вновь принялся меня испытывать на прочность.

— Хорошо, потренируемся, — процедила сквозь зубы.

— А мне нравится, когда ты такая покладистая…

— Егор Александрович, мы договор подписывать будем?

— Действительно, хватит тянуть, — усаживаясь на место, уже без тени весёлости произнёс он.

Очень своеобразный мужчина, только что смеялся, заигрывал, а сейчас от него веет холодом, словно не с живым человеком нахожусь рядом, а с айсбергом.

Он делает один звонок, заходят люди, и мы в течение пяти минут подписываем документы.

Когда остались одни, мужчина сделал ксерокопию договора и передал мне со словами:

— Сейчас езжай домой и ложись спать. Вечером ознакомься с документом.

— Так я вчера читала… Зачем?

— Советую ознакомиться… — и так коварно улыбается и опускает взгляд на договор.

У меня сердце замерло, словно предчувствуя, что я подписала договор не на рождение ему наследника, а на продажу в вечное пользование своей души дьяволу.

Или он всё о пункте два беспокоится? Судя по его улыбочке, именно об этом он сейчас и думает.

— Да успокойтесь, не буду я нарушать второй пункт.

Он вскинул на меня взгляд и, подавшись корпусом ко мне, убил ответом:

— Нет ангелок, ты его непременно нарушишь. Но… — пауза, которая бьёт по нервам, — только это должно случиться, когда я посчитаю, что время пришло.