Ангел для Цербера. Его наследник

Мне теперь не страшно видеть смерть родных, потому что те сцены у меня перед глазами каждый день. Я их вижу даже во снах!

– Давай, Ангел. Торопись, – слегка подталкивает меня вперед, дабы я ускорила шаг. Но ноги ватные. Я их не чувствую.  Господи… Лишь бы Гриша не узнал, с кем я спала… – Держи, – он протягивает мне мобильник. – Покопайся. Возможно, сможешь отвлечься.

Мы заходим в комнату. В ту самую, где я теряю здравый рассудок. Попадаю в ад и сгораю там заживо.

Сколько бы он ни пытался, но в полутьме я могу разглядеть помещение.

Меня всегда тащили сюда насильно. Я орала. Кричала. Просила пощады. Но меня никто не слушал. А сейчас…

– Подождем чуток. Пару минут всего, ок? Потом ты сбежишь отсюда. Я знаю, ты сумеешь. Все будут на заднем дворе. Дам тебе ключи от своей тачки. Она в гараже. Всего лишь нужно будет добраться туда. Сможешь ведь? – шепот работника мужа эхом разносится по пустому помещению.

Он серьезно? Его же прикончат!

– Нет! – отчаянно мотаю головой. – Нет, ты чего?!

Он меня даже не слушает.

Достает из-за пояса оружие и заставляет меня взять его в руки. Боже… Дамир когда-то учил меня стрелять, но то оружие не казалось мне таким страшным!

– Давай, девочка. Ты же знаешь, тебе не дадут жить. А я обещал своей сестре…

– Молчи… Пожалуйста… Я этого не хочу! – голос дрожит, слезы ручьем катятся по щекам.

– Пистолет с глушителем. Не услышат. Не волнуйся.

Но я всё равно не могу. Нет! Я убью человека?! Какая разница будет тогда между мной и мужем?  Он направляет пистолет на себя.

Мой палец на крючке, но я не стану стрелять. А Рони решителен! Мои руки накрыты его огромными ладонями. Сам нажимает на мой палец, и я сильно зажмуриваюсь, делая шаг назад. Но поздно.

Выстрел…  Первый… Второй…

Мы стоим неподвижно некоторое время. Такое ощущение, что бесконечность. Открываю глаза, пытаясь найти его в полутьме. Вижу силуэт. Он прямо напротив. Не двигается. Глаза привыкают к темноте, и я начинаю видеть, как его губы растягиваются в улыбке.

 Его ладони опускают мои руки. Оружие выскальзывает и с грохотом падает на пол. Рони отшатывается.

– Это твой… Первый и… единственный шанс…

Я чувствую в его голосе радость, но не могу понять, почему он радуется. Ведь он ради меня, ради незнакомой, чужой женщины пожертвовал своей жизнью.

– Беги… Брат внизу. Он тебе… поможет… – мужчина еле выдавливает из себя слова. Он падает на колени, а следом я. Рыдаю в голос, закрываю рот рукой.