Он заставлял ощущать себя не просто человеком, а женщиной. Его женщиной. Желанной.
Красивой, хотя я даже в зеркало не могла на себя смотреть. Он умело раскрывал меня, слой за слоем. Ему и стараться не приходилось.
За его такой широкой спиной я мечтала спрятаться от всего, что так на меня давило. Мне хотелось просто сдаться, и пусть делает со мной все, что хочет. Сделает своей окончательно и бесповоротно.
Но я запретила себе думать об этом.
Я запретила фантазировать, потому что это вынуждает скучать по нему сильнее.
Это же вынуждает надеяться, что он найдет меня и в этот раз. Вернёт. Выполнит обещание, данное в нашу первую встречу.
Но так нельзя.
Ради его же блага он должен забыть о так приглянувшейся ему медсестре, девушке, которую целовал в доме друзей. Потому что нет больше той девушки.
Она погибла и осталась там. И теперь мысли, которые были столь приятны, кажутся грязными. Такими, что хотелось помыться.
Я надеюсь, наш батюшка отчистит меня от них. И от тех, что стали мучать ночами.
Отчистит меня от порочных, темных желаний, что вызывает во мне Руслан и его настойчивость.
Я не смогу его забыть, но мне хочется думать о нем в светлом ключе, а не представлять, что это он меня тогда…
Это некрасиво по отношению к нему. Это нечестно. Ведь я должна быть чиста в своих помыслах.
Возможно, если я расскажу все батюшке, меня отпустит. Мне станет легче дышать. Я перестану желать выйти на улицу и стремглав мчатся к Руслану.
Упасть к ногам и умолять его взять меня, такой вот.
Нечистой. Любой. Только взять. Только сделать своей.
Но я не переживу, если увижу в его глазах отвращение, ведь три месяца назад я привлекла его именно своей чистотой. Ангелом называл, а сейчас для меня это выглядит жесткой насмешкой.
Мне хочется, чтобы он помнил меня ту, хорошую, незапятнанную. А не эту, неподходящую ему ни по одному из пунктов.
Мне нужно вычеркнуть его из своей жизни, из головы, сделать так, чтобы он позабыл обо мне. Начал жить своей жизнью, в которой нет меня.
Он сможет, я уверена.
В госпитале необычная тишина. Она даже оглушает. И я, набрав в легкие воздуха, несмелым шагом иду в молебен. Готовая во всем сознаться.
Батюшка стоит ко мне спиной и смотрит на свечи, что ставят за здоровье родных прихожане. Только это не Николай.
Тот гораздо ниже и худее. А этот крупный. Только немного уступает в росте Руслану.
Это неправильно. Даже Батюшка вызывает у меня мысли нём, о нет.
