Знаешь, как зовут владельца?
– Антонио, – ответил я.
Макс усмехнулся.
– В принципе верно, хотя в документах другое имя. Антонио – кличка, она пришлась по душе Милославу, один раз придумав себе прозвище, он пользуется им всю жизнь, и ангелы звали его именно так.
– Ангелы? Это кто такие? – изумился я.
Макс положил ногу на ногу."
"– Люди, оказавшиеся в тюрьме в Озерках, вели себя по-разному. Одни начинали бушевать, и их приходилось ежедневно усмирять при помощи лекарств, кстати, Антонио гордится, что в его тюрьме заключенных не били.
Другие, поняв, что их засунули в острог навсегда, ломались, превращались в зомби, монотонно выполняли работу. Но бывали и третьи, вот они-то и пытались подружиться с охраной, всячески демонстрировали свое желание служить хозяевам. Не забудь: основная часть «клиентов» очень молодые люди, многим и двадцати нет, а чего хочет человек в этом возрасте?
– Любви, – грустно ответил я.
– Правильно, – кивнула Нора, – Милослав находил себе любовниц из числа девушек, оказавшихся за решеткой.
Действовал он осторожно, выбирал тех, чьи родственники умерли.
– Почему? – изумился я. – Лолиты же не могли пожаловаться своим родителям, те отказались от преступниц.
– Правильно, – кивнула Нора, – это если несчастные были заперты в Озерках, но Милослав разрешал им выходить на свободу.
– Как? – поразился я. – Он не боялся, что девочки убегут?
– Нет, – отчеканил Макс, – Новицкий замечательный психолог. Для начала он делал своим бабам татуировку – ангел с оторванным крылом, и объяснял ее смысл: любимая женщина – небесное создание, вот только злая судьба лишила ее возможности летать.
Но теперь у бедняжки есть покровитель, ему нужно служить верой и правдой, тогда все будет великолепно.
– Проститутка в подчинении у хозяина, – пробормотал я, – похоже, Ада Марковна замечательный профессионал. И неужели девушки соглашались?
– Они все очень любили Новицкого, – сказала Нора, – очень! Естественно, все знали его под именем Антонио, а Милослав не упускал момента напугать девчонок, говорил им: «Я вас выпускаю на свободу втайне от хозяина, тот живет за границей, если узнает, убьет нас!»
– Бред! – закричал я.
– Ваня, пойми, они, по существу, дети, – терпеливо продолжила Нора, – да, они совершили страшные преступления, но получили слишком суровое наказание. Та же Олечка. Ей было всего восемь лет, и она просто толкнула Юлю, не думая убить.
