Светик отхлебнула кофе.
– Попробуй положить сюда кардамон и чуток корицы, – внезапно предложила она. – Один мой знакомый суперкофе варит, как раз с кардамоном и еще чего-то добавляет, могу узнать рецепт.
– Ты уронила губную помаду. – Я решил свернуть на нужную дорогу.
– Где? – изумилась Светик.
– Вот, – кивнул я на тюбик, – он лежал у вешалки.
– Это не моя! Кто-то из гостей оставил.
– Исключено! Сюда не заглядывают женщины.
– Правда? – захихикала Светик. – Прикольно.
– Косметика твоя, – настаивал я.
– Я не пользуюсь дешевкой! – отрезала девушка.
– Все же посмотри!
– Только ради тебя возьму эту дрянь в руки, – скривилась кокетка. – Слушай, она не открывается!
– Поверни верхнюю часть, – посоветовал я.
Светик, прикусив нижнюю губу, послушалась.
«Эй, чем занимаешься», – раздался голос Наташи Капустиной.
– Мама!!! – заорала Светик. – Кто тут?
«Не заводится, блин!» – прозвучал ее же голос из тюбика.
– Не узнаешь? – спросил я.
«– Куда собралась?
– По делам.
– Хочешь подвезу?
– Вау, давай!»
– Это что? – почти теряя сознание, залепетала Светик. – Не понимаю…
– Собственный голос странно слышать со стороны, – пояснил я, – но неужели ты не узнала Капустину? Она мертва, давай расскажи, кто убил ее?
Светик опрокинула чашку с кофе, темная жидкость стекала на пол, но мне было наплевать на это.
– Светлана! Капустина никогда не была журналисткой, – резко сказал я.
Девушка сгорбилась.
– А кем же она… была?
– Детективным агентом.
– Мамочки!
– Ее наняли расследовать смерть Романа Бурлеева.
– Боже! – окончательно растеряла наглость Светик.
– Вся беседа с тобой записана на диктофон, там, кстати, есть твоя замечательная фраза про живого таракана и дохлого лебедя, – окончательно добил я ее."
"Блондинка посерела, из ее рта вырывались нечленораздельные звуки. Я спокойно закурил сигарету, забыв спросить у нее разрешения.
– Я с ней не встречалась, – прозвучала наконец из уст гостьи относительно внятная фраза.
– Кисонька, – покачал я головой, – на твою беду, я коллега Наты, вот удостоверение. Знаешь, криминалистика шагнула далеко вперед. У тебя возьмут образец речи, грубо говоря, засунут запись в компьютер и легко докажут: на пленке говорит Светлана. Понимаешь, что тебе светит? Лет десять, за убийство!
– Я никого и пальцем не тронула, – просипела она.
– Но это сделал по твоей наводке Антонио! Фраза про живого таракана сильно подействует на судью.
