О том, что первый ребенок всегда самый трудный, о том, что боль быстро забывается, что женщинам с узкими бедрами, вроде моих, приходится труднее всего, и такое прочее, и вообще, что результат стоит всех пережитых испытаний.
Всем сердцем я согласна с последним. Ни минутки я не жалела о том, что у меня есть ты, Касси. Но после тех испытаний, что выпали на мою долю, я не собиралась больше иметь детей, если это было в моих силах, — а это было в моих силах. Я предупредила твоего отца, что застрелю его, если он только попробует снова забраться ко мне в постель.
Касси широко открыла глаза:
— Полагаю, он не очень благосклонно это воспринял?
— Еще бы, конечно нет.
— И в этом все дело?
— Из-за этого и началось. Я не просила никаких отсрочек, я просто раз и навсегда отказала ему. Сначала он был очень терпелив, полагал, что я передумаю. Может, так бы оно и случилось. Ведь, действительно, воспоминание о боли уходит. Но прошло восемь месяцев, и его терпение лопнуло."
"Теперь я считаю, что мне не следовало его винить, но тогда я была уверена, что он не прав.
Не знаю. Мне кажется, я была уверена, что коль скоро я не собиралась больше заниматься любовью, то он тоже должен воздерживаться. Конечно, это было с моей стороны полной глупостью, но я была молода и очень чувствительна, и, как я уже сказала, мои мозги тогда работали не совсем правильно.
Так, значит, все началось с того, что он на тебя разозлился?
— Нет, началось с того, что я узнала — он посещает заведение Глэдис.
Касси знала это заведение.
Оно сгорело во время пожара лет семь тому назад, и Глэдис перебралась в какой-то другой городок. Но в свое время это заведение было самым шикарным в Вайоминге, там были лучшие проститутки. И по сей день мужчины еще вспоминают Глэдис. Но Касси никак не могла себе представить, что там бывал и ее отец.
— Ты уверена? — переспросила она.
— Конечно, уверена. Не думаешь же ты, что я могла бы покончить с нашим браком, основываясь на одних подозрениях! В Шайенне тогда жил один человек, я сейчас не помню его имени, он за мной ухлестывал и вечно приставал с одним и тем же вопросом: когда я наконец брошу твоего отца и выйду за него.
Он преследовал меня, даже когда я уже была с огромным животом. Ну, вот, он счел, что окажет мне услугу, сообщив, что полгорода видело Чарлза в борделе.
— Ну и услуга, — сухо заметила Касси.
— Согласна с тобой. Если память мне не изменяет, я тогда отбила себе кулаки об его челюсть — так я ему была благодарна за эту услугу.
