Молва гласила, что он стреляет не только быстро, но и метко.
Том не мог похвастаться точностью стрельбы, но он знал наверняка, что выхватит револьвер быстрее, чем Ангел. И знал, сколько именно людей он убил — одного карточного шулера, двух бандитов и помощника шерифа, который выследил Тома в прошлом году и хотел повесить на него убийство безоружного человека. Правда, о помощнике шерифа никто так и не узнал, но это только к лучшему. Том хотел, чтобы его имя стало известным, но не с плакатов «Разыскивается преступник».
В его короткой карьере были и другие поединки, и ему в них здорово везло: он с такой ошеломительной быстротой выхватывал револьвер, что его противники сразу бросали оружие и признавали себя побежденными. Том надеялся, что нечто подобное произойдет и сегодня. Конечно, он не рассчитывал, что Ангел сразу бросит свой револьвер, но он надеялся, что, пока тот справится с удивлением, сам он успеет тщательно прицелиться. А когда дым рассеется, только он останется стоять на ногах.
Сам Том находился в этом городишке всего второй день.
Сегодня он уже покинул бы его, если бы не узнал, что вчера ночью сюда приехал Ангел. Проклятье, когда он въезжал в какой-нибудь город, никто не обсуждал это событие. Что ж, после сегодняшнего поединка все изменится.
Но Ангел оказался совсем не таким, каким Том его себе представлял. Он ожидал, что Ангел старше и гораздо выше ростом. Когда Том встретил его на выходе из гостиницы и бросил ему вызов, лицо Ангела осталось совершенно невозмутимым, как будто ему было безразлично, стреляться или нет.
Но Тома это не смутило. Преградив Ангелу путь, он громко произнес, чтобы все вокруг слышали:
— Ангел? Я слыхал, что ты быстрый стрелок. Но я стреляю еще быстрее.
— Пусть будет так, мистер. Не стану спорить.
— Но я хочу доказать это на деле. Ровно в полдень. Надеюсь, ты не откажешься.
И только уходя, Том вдруг вспомнил, какими холодными и непроницаемыми были глаза Ангела. Черными, как само зло. Глаза безжалостного убийцы."
"Совершенно спокойный, Ангел ждал встречи с человеком, бросившим ему вызов.
Он вышел на середину улицы и остановился, предоставив этому юному искателю славы самому приблизиться к нему. Глядя на него, никто бы не сказал, что его обуревают противоречивые чувства. То, что он собирался сделать, не имело никакого смысла. Это было совсем не то, что убивать человека, заслуживающего смерти. Он совсем не знал этого парня. Не знал, какие грехи на его совести, сколько человек он убил, если убил вообще.
