Ангел севера

Все знали, что я не хочу этого брака. Я умоляла мать, родных, священника, всех, кто готов был меня слушать и мог мне помочь, не заставлять меня выходить за него замуж.

Но все говорили, что этот брак нужен для блага семьи, благодаря ему будут сохранены и умножены два огромных состояния. И потом, Ангеловские надеялись, что женитьба сможет изменить Михаила.

– А твоя мать? Что думала она?

При звуке голоса Стоукхерста Тася впервые с начала своего рассказа посмотрела на него. Он сидел рядом с ней на диване, лицо его было непроницаемо.

Она так крепко сжимала в руках пустой бокал, что могла раздавить тонкий хрусталь. Стоукхерст осторожно взял бокал из ее пальцев и убрал прочь.

– Моя мать хотела, чтобы я вышла замуж, – сказала Тася, прямо глядя в его проницательные сине-голубые глаза. – Ей не нравилось, что мужчины, которые наносили ей визиты, начинали обращать внимание на меня. Я очень похожа на маму, какой она была в юности… И это вызывало в ней…, неловкость. Она заявила, что мой долг – выйти замуж для блага семьи, а потом я могу влюбляться и разлюбляться сколько душе угодно.

По ее мнению, мне очень повезло стать женой одного из Ангеловских, особенно такого…, который предпочитает мальчиков.

Стоукхерст возмущенно фыркнул:

– Она сказала, что Михаил не будет приставать ко мне… со своим вниманием, я буду вольна делать что хочу. – И в ответ на испепеляющий взгляд Люка беспомощно пожала плечами:

– Надо знать мою маму, чтобы понять ее мысли и советы.

– Я прекрасно ее понимаю, – криво усмехнулся он. – Продолжай свою историю.

– Наконец я решила испытать последнее средство – тайно посетить Михаила и умолять его мне помочь, отказаться от женитьбы на мне. Я считала, что смогу его уговорить. Не исключено, что он послушался бы меня. Итак, я…, я отправилась к нему. – Тася надолго замолчала. Мысли теснились у нее в голове, но слова застревали в горле, и она не могла произнести ни звука. Струйка холодного пота потекла по виску, она стерла ее тыльной стороной руки.

Так случалось всегда, когда она пыталась вспомнить… Ее охватывала паника, не давая вздохнуть.

– Что случилось? – мягко спросил Стоукхерст.

Она потрясла головой, судорожно хватая ртом воздух и не имея достаточно сил, чтобы вздохнуть.

– Тася, – его рука накрыла ее пальцы и больно стиснула, – расскажи остальное.

– Я не знаю, что случилось. Я отправилась к нему…, по-моему…, но точно не помню.