Ангел севера

Не обращая внимания на протесты дочери, мать застегнула браслет на ее запястье и надела тяжелые золотые перстни, сняв их со своих пальцев: перстень в виде цветка из кроваво-красных рубинов («Всегда носи рубины, они очищают кровь», – приговаривала Мария Петровна), перстень с десятикаратовым желтым бриллиантом и необыкновенное творение ювелира – жар-птица из рубинов, изумрудов и сапфиров.

– Эту брошь подарил мне твой отец, когда ты родилась, – сказала Мария Петровна, прикалывая к лифу Тасиного платья последний дар – драгоценную брошь в виде букета из самоцветов.

Тася встала и позволила Люку закутать себя в материнскую зеленую накидку. Когда опустится капюшон, она будет совсем скрыта от чужих глаз. Озабоченно нахмурившись, Тася посмотрела на мать:

– Что будет, когда они найдут здесь тебя вместо меня? Не получится ли…

– Все будет в порядке, – успокоила ее Мария Петровна. – Николай дал мне слово.

Николай вошел в спальню, нетерпеливо сжав губы.

– Хватит бабской болтовни. Пошли, Тася.

Люк сжал плечо Таси и, мягко подтолкнув ее к Ангеловскому, сказал:

– Я присоединюсь к тебе позже.

– Что-о? – Тася круто обернулась к нему, краска сбежала с ее щек. – Ты ведь пойдешь со мной. Разве не так?

Люк покачал головой:

– Если я уйду из дворца сейчас, это будет выглядеть очень подозрительно. Будет лучше, если Редков и его офицеры подумают, что я остался с тобой и утешаю. Они слишком пристально следят за нами. Я скоро уйду отсюда и встречусь с тобой и Биддлом на Васильевском острове.

На расположенном в восточной части города острове находилась маленькая гавань, открытая в сторону Финского залива.

Тасю охватила паника. Она прильнула к мужу, обняв его за талию:

– Я никуда не пойду без тебя. Я не могу покинуть тебя теперь.

Люк успокаивающе улыбнулся. Прямо" на глазах у Марии Петровны и Николая он крепко поцеловал ее в губы.

– Все будет хорошо, – прошептал он. – Я скоро последую за тобой. Иди и, пожалуйста, не спорь.

Николай не сдержался.

– «Пожалуйста, не спорь»?! – ядовито повторил он.

 – Теперь я верю, что об англичанах говорят правду, когда утверждают, будто ими командуют женщины. Надо же! Просить жену послушаться своего приказа, когда ее следовало бы поучить ремнем. Если, не дай Бог, наступит такой день, когда уважающий себя русский заговорит с непослушной женой в том же тоне, что и вы… – Он оборвал себя и посмотрел на них с отвращением.

Тася насупилась в ответ:

– Слава Богу, я замужем не за «уважающим себя русским».