Ангел севера

Почему ты считаешь, что теперь это можно остановить?

Тася подняла голову и взглянула на него. У него сжалось сердце, когда он увидел, какое несчастное было у нее лицо.

– Я могу это остановить очень просто – уеду. Вы хотите, чтобы я все рассказала, но я не могу этого сделать. Я не хочу, чтобы ты узнал обо мне и о том, что я наделала.

Крупный рот Люка нетерпеливо дернулся.

– Почему? Ты думаешь, меня это испугает? Я не романтический юноша и не лицемер. Господи Боже! Неужели ты действительно думаешь, что твои грехи больше и хуже моих?, – Я не думаю, я знаю, что это так, – горько отозвалась Тася.

– Ты самонадеянная высокомерная глупышка! – сказал он.

– Не считаешься ни с чьими чувствами, кроме своих, думаешь, что никого это не касается, кроме тебя! Так вот, ты ошибаешься. Ты больше не одна. Теперь я часть твоей жизни… И будь я проклят, если уберусь из твоей жизни, поджав хвост, только потому, что не встраиваюсь в твои планы.

– Это ты самый высокомерный и надменный из всех, кого я встречала в жизни! Так важно рассуждаешь о том, о чем не имеешь понятия! – Она вскипела со всей силой горячей славянской крови. Ее затрясло от желания закричать. Вместо этого она произнесла убийственно холодным тоном:

– Мне все равно, что ты чувствуешь. Я ничего от тебя не хочу. Отпусти меня! Завтра я уеду отсюда. После случившегося я не могу здесь оставаться. Это для меня небезопасно.

Он сжал ее так крепко, что даже кости хрустнули.

– Значит, так и будешь прятаться, убегать, играть в невидимку, не позволяя никому привязаться к тебе? Что это за жизнь? Ты станешь живым мертвецом.

Тася вздрогнула от его слов.

– Это все, что я могу ждать от жизни.

– Неужели? А может быть, ты просто трусишь и не пытаешься ничего изменить?

Она снова забилась в его руках, роняя сквозь зубы:

Люк без малейшего усилия прекратил эту борьбу.

– Я тебя хочу. Этого вполне достаточно, чтобы за тебя побороться. И если ты от меня удерешь, я все равно отыщу тебя.

– Я ничего тебе не стану рассказывать, – страстно сказала Тася. – Исчезну. Не пройдет и месяца, как ты меня забудешь и все пойдет по-прежнему.

– Ты не бросишь Эмму. Что тогда с ней будет? Ты ей нужна. – Прием был нечестный, и они оба прекрасно это понимали. – Мы нужны ей оба, – коротко добавил он.