Ангел тьмы

 — Его светлые голубые глаза потемнели. — Однажды я уже допустил ошибку, когда дал слишком много и слишком быстро, не оставив ничего на другой раз. Больше я ее не повторю.

В тот вечер мы возвращались домой с грудой свертков на заднем сиденье автомобиля — одежды хватило бы на трех девочек. Мне казалось, Тони даже не понимает, что снова дал слишком много и слишком быстро. Всю жизнь мечтавшая о красивой и дорогой одежде, я была потрясена. Энтони же казалось, что этого все равно не достаточно: видимо, он сравнивал мой гардероб с гардеробом Джиллиан.

В присутствии Джиллиан я всегда чувствовала себя неуютно: она либо вообще не замечала меня, либо вдруг принималась изливать свои чувства. Порой мне казалось, что ее раздражает мое появление в их доме. Она частенько тихо сидела на диване у себя в спальне, раскладывая пасьянс и время от времени поглядывая в мою сторону.

— Ты играешь в карты? — как-то спросила меня Джиллиан.

— Да. — Я тотчас же вскочила с места, обрадованная тем, что она хочет провести время в моей компании.

 — Когда-то давно один приятель научил меня игре в «пьяницу». — Он же подарил мне новенькую колоду карт, которую «позаимствовал» в аптеке своего отца.

— В «пьяницу»? — как-то странно взглянула на меня Джиллиан. — А в другие игры ты не играешь?

— Я быстро учусь! — ответила я.

И с того дня она стала учить меня играть в бридж, которому отдавала предпочтение из всех других карточных игр. Однако объясняла слишком быстро, и я поняла, что лучше купить пособие и изучить бридж самостоятельно.

Но ей эти уроки доставляли удовольствие, и целую неделю она тайно злорадствовала всякий раз, стоило мне проиграть. Но вот наступил день, когда я наконец выиграла, и тогда Джиллиан воскликнула, прижав ладони к щекам:

— Нет, тебе просто повезло! Сыграем после ленча еще партию и посмотрим, кто выиграет.

Я начала нравиться Джиллиан, я стала ей нужна. Впервые за все время мы ели днем вместе. (Раньше совместно приходилось только ужинать, когда блюда подавали в большую столовую.

) Мне было любопытно наблюдать, как одна из богатейших дам в мире, и, безусловно, одна из самых красивых, довольствуется сандвичем с огурцом и бокалом шампанского на свой второй завтрак.

— Но ведь этим же не будешь сыт, Джиллиан, — воскликнула я после третьего совместного ленча. — Признаться, я испытываю голод, даже съев шесть таких сандвичей, а к шампанскому я равнодушна.