Восемь лет назад у Джекоба вышел крупный разговор с ее отцом.
Анджела думала, что после этого их прогонят с фермы, однако все обошлось. Но с тех пор Джекоб Мейтленд больше не появлялся на их ферме. Причину той ссоры она так и не узнала, а по визитам Джекоба скучала.
Он был хорошим землевладельцем, в этом у нее не было сомнений. Даже когда урожай был невысоким, он никогда не жаловался, а во время войны стал брать меньшую долю в уплату. По этой причине Анджела чувствовала себя вдвойне виноватой, когда принимала от Ханны еду, которую та крала у него.
Сейчас Анджела была напугана и удручена.
— Анджела, дорогая девочка, прими мои самые искренние соболезнования, — начал Джекоб Мейтленд. — Должно быть, ты испытываешь сейчас страшную опустошенность.
— Да, это так, — шепотом ответила Анджела, не поднимая глаз.
— Я знал твоего отца почти восемнадцать лет, — тихим голосом продолжал Джекоб. — Он работал на этой ферме еще до того, как я приехал в Алабаму.
— Значит, вы и маму мою знали? — с любопытством спросила она, и глаза ее заблестели.
— Да, знал, — рассеянно ответил Джекоб. — Ей не следовало одной уезжать на Запад. Она…
— На Запад? — взволнованно перебила его Анджела. — Она уехала на Запад? Папа никогда не говорил мне об этом.
— Да, она уехала туда, — грустно сказал Джекоб. — А ты знаешь, что ты — вылитая мать?
— Папа говорил, что у меня такие же глаза и волосы, — с готовностью ответила Анджела, почувствовав вдруг себя вполне непринужденно.
— Не только это, девочка. Твоя мать была очаровательнейшая женщина.
У нее были и грация, и хрупкость, и изысканная красота. Ты как две капли воды похожа на нее.
— Мне смешно это слышать, мистер Мейтленд. Я не грациозная И не хрупкая.
— Ты можешь быть такой при должной тренировке, — с доброй улыбкой сказал Джекоб.
— Тренировка? Ах, это значит — учеба в школе? — спросила Анджела. — У меня не было для этого времени. Я должна была помогать отцу на ферме.
— Да, что касается фермы, Анджела… Теперь, когда твой отец… когда его нет с нами, я хочу…
— Пожалуйста, прошу вас, мистер Мейтленд, — перебила его Анджела, боясь, что услышит сейчас нечто неприятное.
— Я могу одна обрабатывать эту землю… Я помогала отцу сызмальства. И я сильнее, чем кажусь, честное слово…"
"— О чем ты говоришь, дитя мое! Я просто не могу позволить тебе остаться на этой ферме одной! — удивленно воскликнул Джекоб и покачал головой.
— Ноя…
Джекоб предостерегающе поднял руку:
— Не хочу слышать твои возражения.
