Английская роза

И в то же время должен сказать вам, что альтернативы нет.

— Я могу предложить выход… если только вы… согласитесь.

— Если вы будете так добры, что довезете меня до первого же порта за пределами России, я смогу самостоятельно добраться до дому. И если вы заранее переговорите с капитаном, то никто может и не узнать, что… я была с вами.

Говоря это, Полина не смотрела на лорда Чарнока: она боялась увидеть на его лице облегчение при мысли о том, что он сможет от нее избавиться. Наступило минутное молчание, а потом лорд Чарнок сказал:

— Вы серьезно хотите сказать, что ради сохранения моего доброго имени готовы рискнуть и подвергнуть себя опасности, связанной с плаванием в одиночестве?

— Мне… конечно… страшно, — призналась Полина.

 — Но теперь… я буду знать… что может случиться… и не стану выходить из каюты. Так что даже если на корабле окажутся люди… вроде того мистера Адамсона… они меня не увидят.

— Почему вам так важно, чтобы обо мне не пошли сплетни? — спросил лорд Чарнок.

— Потому что вы… такой выдающийся человек! — объяснила Полина.

 — Не знаю… почему вас послали в Россию… но мне совершенно очевидно, что и царь Николай, и граф Нессельроде, и, конечно же, лорд Пальмерстон… все они ставят вас очень высоко. Было бы несправедливо… просто преступно… если такая скромная личность, как я… станет причиной тому… что вас перестанут уважать.

— И вы искренне считаете, что мои отношения с вами могут привести к такому результату? — продолжал допытываться лорд Чарнок.

— Похоже, что с моей стороны… это звучит несколько… самонадеянно, — смущенно проговорила девушка.

 — Но я слышала, что говорили о вас дамы, навещавшие княгиню Ольгу, — и я уверена в том, что они ничуть не отличаются от тети Кэтлин и ее приятельниц. Они будут говорить и… говорить, и вы ничего не сможете с этим поделать.

— И чтобы спасти меня от пересудов этих сплетниц, — сказал лорд Чарнок, — вы готовы пойти на то, чтобы снова совершить путешествие в одиночестве, подвергая себя опасности? Вы что, уже забыли о наглом мистере Адамсоне или о таком поклоннике, как князь Алексис?

— Я… я думала… только о вас.

— И я глубоко тронут вашей заботой. Но все-таки я хотел понять, в чем ее причина, — настаивал лорд Чарнок.

Полина знала ответ на его вопрос, однако произнести его вслух она ни за что бы не решилась. Смущенно отведя взгляд, она сбивчиво прошептала:

— Вы были… так добры… ко мне.

— Я надеялся услышать от вас несколько другой ответ, — сказал лорд Чарнок. — Однако я все равно выскажу вам мое предложение.