Английская роза

 — Я никогда не думала, что люди на самом деле могут так говорить!

Лорд Чарнок с удовлетворением подумал, что такого ответа на свои комплименты князю еще наверняка не случалось слышать, однако тот только сказал:

— Если вы будете ко мне так жестоки, мисс Полина, то повергнете меня в глубокое уныние, которое я не смогу побороть!

Полина снова засмеялась, услышав его цветистую речь.

— Княгиня Волконская говорила мне, — сказала она, — что любимое чтение царя — романы сэра Вальтера Скотта, однако ваше сиятельство драматизмом превзошли даже «Айвенго»!

— Вы просто обворожительны! — воскликнул князь.

Он порывисто поднес пальцы Полины к губам и поцеловал их.

— По-моему, — вмешался в их разговор лорд Чарнок, — мне следует проводить вас обратно к княгине Волконской.

— Не покидайте меня! — воскликнул князь. — Если бы вы только согласились танцевать со мной, я был бы на седьмом небе от счастья!

— Может быть, попозже, ваше сиятельство, — ответила Полина. — Думаю, что сейчас настало время разделить общество княгини.

Она сделала реверанс и отошла от князя, прежде чем тот успел снова начать протестовать. Двигаясь в сопровождении лорда Чарнока по залу, Полина без всяких слов понимала, что он доволен тем, как она себя вела. Приближаясь к креслу, где сидела княгиня Волконская, он негромко проговорил:

— Остерегайтесь этого человека, мисс Полина! Старайтесь не иметь с ним никаких дел.

Полина кивнула. Подведя ее к княгине, лорд Чарнок сказал:

— Возвращаю вам мисс Полину. Она много рассказывала мне о том, как вы к ней добры.

— Очень приятно иметь в нашем доме такую юную и милую гостью, — ответила княгиня. — Надеюсь, милорд, что вы найдете время отобедать у нас на будущей неделе?

— Буду счастлив, — сказал лорд Чарнок.

Он вежливо поклонился княгине и, не взглянув на Полину, отошел.

Провожая его взглядом, девушка решила, что среди приглашенных никто не смог бы с ним сравниться.

«Мне бы больше всего хотелось танцевать именно с ним», — призналась она себе.

Продолжая наблюдать за лордом Чарноком, Полина увидела, что прекрасная женщина, с которой он разговаривал в начале вечера, подошла к нему и довольно решительно положила руку ему на сгиб локтя. Эта картина вызвала в Полине какое-то странное чувство, в котором она по неопытности не признала ревности.