Английская роза

 — Я пристально наблюдала за тобой все то время, пока ты жила в моем доме, и считаю, что ты абсолютно невежественна во всем, что следует знать молодой женщине.

— Но тем не менее… вы считаете… что я могу обучать детей!

— Я не говорила, будто ты должна кого-то учить! — отрезала графиня. — В своем невежестве ты не знаешь, что лучшие аристократические семейства России приглашают в свои семьи иностранцев.

Немного помолчав, словно для того, чтобы придать своим словам значимость, она продолжила:

— Жена русского посланника рассказывала мне, что детям императора взяли няню-шотландку: она в их семье уже девятнадцать лет.

И к тому же у них множество гувернанток и учителей различной национальности. Кроме того, в царском дворце говорят по-английски и по-французски.

— И я… должна буду преподавать английский! — не отступала Полина.

— Ты будешь просто разговаривать на своем родном языке, — возразила ее тетка. — Жена посланника нисколько не сомневается в том, что тебе в России очень понравится.

— И сколько времени… я должна… там прожить?

Полине трудно было говорить — но и молчать она тоже не могла.

Неведение казалось еще более страшным, чем неприятные истины. Но она с ужасом начинала думать, что ее заставят расстаться со всем, к чему она привыкла и что любит, и что она никогда не сможет вернуться обратно на родину.

Графиня равнодушно пожала плечами.

— А почему твое пребывание нужно ограничивать каким-либо сроком?

Наступило тягостное молчание. Собравшись с духом, Полина сказала:

— Мне очень жаль, тетя Кэтлин… но, хотя вы правы, говоря, что это — уникальная возможность посмотреть мир… я предпочту… остаться в Англии.

Право, если я… вам мешаю… у меня ведь есть немного денег… Я могла бы поселиться с кем-нибудь из родственников, пока не придумаю для себя… какое-то другое занятие.

— И что это, по-твоему, будет за занятие? — едко осведомилась графиня.

Полина гордо подняла голову.

— Если уж я должна работать, тетя Кэтлин, так я предпочту делать это в Англии.

— Ты хочешь, чтобы люди говорили, будто я не захотела о тебе заботиться? — возмущенно воскликнула графиня.

 — Ты, кажется, забыла об одной вещи, Полина. Твой отец умер, и опека возложена на меня. Раз я решила, что ты едешь в Россию, значит, так оно и будет!

Полина собиралась было твердо заявить, что откажется ехать, — но в этот момент вспомнила, что до замужества должна оставаться под опекой тетушки Кэтлин. И в качестве ее опекунши графиня Ротбери имела право делать с ней все, что ей заблагорассудится.