– Сколько лет прошло с момента, когда это случилось? – нахмурившись, спросил Стайген.
– Я здесь уже четыре года. А до этого прошёл год с того момента, когда в Урсуле случилось восстание. – Тиана задумалась, прикрыв глаза. На её лице отражалась боль. потом продолжила: – Я знаю, что бесполезно кого-то уговаривать, отправляться на рудник. Это опасно. Возможно, мой сон ничего не значит. Но проехать просто так по стране не получится. Дорога в Урсул лежит в обход Огненных гор, через Арниан. Я дам вам письмо для своей хорошей знакомой, она поможет, обеспечит необходимым, чтобы вы могли безопасно передвигаться.
Сегодня уже поздно, просто будьте моими гостями. У меня вы сможете переночевать без опаски. Я как раз наловила в реке рыбы и собрала дикой картошки, а крестьяне из деревни принесли мне вина. Приготовлю ужин, и потом вы сможете отдохнуть с дороги.
Земля. Германия. Берлин.
В то же самое время.
Январский снег мягко ложился на красные ковровые дорожки, расположенные по обеим сторонам входа в здание.
Большие пушистые хлопья, попав в область освещения большой вывески, украшавшей яркий фасад, переливались оранжевыми и красными тонами. Над зданием был устроен козырёк с неоновой подсветкой. Но он не мешал снегу, гонимому боковым ветром, лететь как стае мотыльков на свет.
Стеклянные двери автоматически разъехались, пропуская очередного посетителя, решившего проверить свою удачу, испытать фортуну…
Здесь, на Потсдамер Платц, в центральной части объединённого города, Фабиан Мейер не был уже несколько лет.
Он покинул Берлин годы назад, окончив Берлинский Университет экономики и права. Он ещё тогда стал увлекаться азартными играми. Учёба в университете давалась Фабиану слишком легко, и было бы непростительно глупо проводить оставшееся время за бессмысленными занятиями, которыми увлекались его друзья.
Впервые он изучил правила игры в покер в студенческом общежитии.
Ещё в ту пору Мейер понял, чем покер отличается от фьючерсных контрактов. Эта игра почти как модель бизнеса в сжатом, концентрированном виде.
Но там прибыль надо ждать долго, а здесь, в простой, казалось бы, игре, ты в течение часа испытываешь свою судьбу пару десятков раз.
Ему даже не приходилось применять для игры каких-то математических расчётов. Он чувствовал, какие карты у соперников и стоит ли делать ставку на следующий терн. Унизительно маленькие ставки заставляли задуматься, что же он мог выиграть в настоящей игре. А вскоре его друзья и вовсе отказались играть с ним.
