"
"Они прибыли в гарнизон лишь пару часов назад. В доме Брины ему пришлось выдержать нелёгкий разговор с Никой, который оставил в душе неприятный осадок. Ника настаивала на возвращении в Элемар. Она была категорически против того, чем они занимались. И Стайген не мог понять: либо она действительно так боится за его жизнь и за жизнь брата, либо причина в чём-то другом. В голову приходили разные мысли. Самым неприятным чувством была вновь возникшая ревность к Киму да Мару. Он старался не думать о нём, но не всегда получалось.
Но князь был твёрдо уверен, что лучший способ узнать планы врага – поучаствовать в них, чем он в данный момент и занимался.
Вся эта организованная армия вызывала в нём сильное удивление. Он знал о политике покойного Магнуса. Эрвиг был единственным государством, с которым Арниан не вёл войн. Ещё при жизни Хальдремона, Магнус довольно часто посещал Тармену. И они были если не друзьями, то хотя бы союзниками.
Сегодняшняя же ситуация практически выбивала землю у Стайгена из-под ног.
Он должен это сделать, несмотря на протесты Ники. Один раз он уже расслабился – и получил неожиданный результат. Он не смог до конца простить её, хотя сейчас и понимал её намерения. Всё равно… Нельзя было доверять ей до такой степени. Нужно было сразу приставить к ней шпионов, забрать её с собой в Тармену. Не слушать протесты…
Она могла бы стать королевой Арниана, и он заставил бы свой народ принять её!
Но оба поставили на кон всё. Он проиграл… И остался ни с чем… Зато с Никой…
Ан Эрикс не мог допустить повторения тех событий.
Он был единственным, кто в состоянии выяснить правду. Потом может оказаться поздно что-либо предпринимать. Опасность реально существовала, и ему хотелось разобраться, откуда она грозит. Поэтому он здесь…
Стайген поднял голову, разыскивая Корнела взглядом. Тот стоял неподалёку с невозмутимым видом, скрестив руки на груди. Когда он в последний раз держал в руках меч? Сколько лет прошло с тех пор? Каково ему, интересно?.
.
Арнианец отвлёкся от своих мыслей. Он вдруг увидел Арса Вайтмара, который недавно подошёл к арене. Заметив Стайгена, офицер холодно улыбнулся ему.
– Иди, Стив. Покажи всем, на что ты способен!
Стайген молча вышел к высоким колоннам, которые являлись символическим входом на арену.
Оружейник выдал ему меч, не очень-то привычный руке: клинок и рукоятка имели форму, свойственную традиционным мечам Эрвига. Но по весу меч оказался довольно лёгким.
