— Ты паладин Аннулета, — не обратив на мои слова никакого внимания, продолжил Шешковский, — у тебя браслет главы рода. Николай не оставит в живых подобного человека. Уверен, со дня на день он примет решение. В данный момент его, скорее всего, останавливает угроза вторжения. Но пройдёт месяц-другой, а вторжение не начнётся. Что, по-твоему, будет дальше? — Он вопросительно посмотрел на меня с этаким превосходством. Мол, сам понимаешь, — вариантов у тебя нет, и только с моей помощью ты останешься в живых.
Мне в это не верилось.
Или не хотелось верить, но это значения не имело. Не видел я пока никаких причин для моего устранения. Сейчас от меня имелась польза Империи и лично главе государства. Я чинил алтари, давая возможность проводить ритуалы и усиливать магов. В политику не лез, сидел себе спокойно далеко от столицы Империи и делал свою работу. Да и какую я мог представлять угрозу лично Николаю Алексеевичу? У меня ни связей, ни знакомств. Мелкий дворянин, который благодарен Императору за то, что его сделали князем.
— Зачем меня убивать? При всём своём желании сделать так, чтобы я даже близко не подошёл к Николаю Романову, не так уж и сложно. Он в Кремле, я в Екатеринодаре. Он — глава крупной Империи с огромной армией военных, безопасников, чиновников, в конце концов! Как маг, я слаб. Как боец — тем более. Ваши доводы шиты белыми нитками. Не вижу ни одной причины меня бояться, а тем более — решать проблему столь радикальным методом, как убийство паладина Аннулета.
— Ты плохо знаешь Коленьку, — усмехнулся Захар, — он, как и все Романовы, параноик, который предпочтёт купировать возникшую угрозу как можно скорее!
— Захар Леонидович прав.
Романовы всегда были кровавыми Императорами, которые не остановятся ни перед чем ради власти или сохранения собственной жизни. Пойти брат на брата, сын на отца для них в порядке вещей. Немудрено, что все члены правящего рода — настоящие параноики, — поддержал Шешковского Пётр."
"— И ты туда же! — Я недовольно посмотрел на своего помощника.
Думал, что он на моей стороне, а оказалось, что ошибался, — всё равно мне не слишком верится в подобное развитие ситуации. Какую угрозу я могу представлять?
— Каждый год проходит большой княжеский совет. На нём обязан присутствовать Император. Ты, как главный паладин Империи, имеешь над ним власть, — Шешковский развёл руками, мол, дальше и так всё понятно. Похоже он лучше меня представлял возможности паладина, тем более с браслетом рода.
