Когда я нашел эту углублённую в остров бухту, имевшую вид серпа, то, пройдя до острия, где был красивый пляж в обрамлении пальм, спустил якорь. Впоследствии, когда ломались как спички деревья и по закрытой бухте бегали немалые волны, якорь не удержал сторожевик, и тот был выброшен на пляж. Ладно хоть, я сумел это сделать носом, а не боком и уж тем более кормой. Побило, конечно, кое-что из стекла в запасах, но ничего критичного. Этот ураган мы выдержали с честью.
Сейчас же, посмотрев на появившееся из-за туч солнце – ветер уже был не такой сильный – я прошёл на нос и спрыгнул на нанесенные волнами и ветром кучи мусора, которые фактически засыпали нос сторожевика.
Пройдя до кромки воды, я присел и посмотрел на лопасти винта и руля, вода была хоть и мутная, но их уже было видно.
– Целые, – я довольно улыбнулся.
Еще раз обойдя катер, я почесал затылок, размышляя, как его теперь стаскивать в воду.
– Ладно, подождем прилива, а пока займемся ракушками. Где там моя пехотная лопатка и скребок?
К вечеру я очистил левый бок от ракушек, докончить мне помешал начавшийся прибой, который показал, что стащить катер с берега в принципе можно.
Да и другой выход был. Лебёдка, что находилась на корме, вполне может с этим справиться.
На следующий день я закончил с чисткой корпуса и принялся готовиться к съему сторожевика с пляжа на чистую воду. На лебёдке был стальной трос, который я размотал и утащил на противоположную сторону бухты. Благо в районе острия серпа она была всего двести метров шириной, пока совсем не сужалась в месте впадения ручья с питьевой водой.
Закрепив трос на дереве, я вернулся на катер, решив заняться ужином. Гуляющие у катера куры, которых я выпустил из трюма, закудахтали, когда увидели меня. Их, кстати, осталось три и петух. Насыпав в миску корма, я поднялся на борт и стал готовить. Сейчас все равно не снимешь с мели, прилива еще нет, а вот завтра к обеду можно попробовать.
Ночь прошла спокойно, утром я позавтракал и искупался в чистой и теплой воде залива.
Когда прилив достиг пика, я завел оба двигателя и включил лебёдку. Вот трос натянулся, зазвенел струной, сбрасывая с себя капли воды, секунду ничего не происходило, моторы взвыли громче, но тут заскрежетал песок под днищем, и катер медленно начал сползать на глубину."
"Когда сторожевик закачался на волнах, я поставил его на якорь, заглушил двигатели и одним прыжком нырнул с борта, уйдя на глубину.
