Опять же, если я правильно понял ситуацию, Годуновы, мягко говоря, не рады, что птичка выпорхнула из клетки. Но при этом не могут открыто прислать за ней Дружинников Хранителей. Ведь официально императрица свободна и вольна делать то, что пожелает.
Правда, остаётся вариант, что её могут попытаться выкрасть, перебив охрану-свидетелей.
— Ваше Императорское Величество, рад приветствовать вас в своём доме, — я обозначил поклон и поднял голову. Соня, стоявшая слева от меня с каменным выражением лица, поздоровалась схожим образом.
А вот остальные члены моей семьи, склонились в пояс и замерли в такой позе.
Краем глаза я отметил, что некоторые из охранников императрицы недобро смотрят на меня, недовольные столь вольным поклоном.
Ну и пусть смотрят.
А я посмотрю на императрицу. Величественна в своём чёрном траурном наряде. Грациозна в каждом движении…
— Рада снова вас видеть, Аскольд Андреевич. Судари и сударыни, — не оборачиваясь, она обратилась своим охранникам: — Можете возвращаться.
Те склонились в поясном поклоне и почтительно удалились.
Всё, кроме стройной девушки с русой косой.
Едва увидев эту девушку, я тут же вспомнил её имя. Марта. Та самая недотёпа, которую императрица шпыняла во время своего визита в «Алую Мудрость».
Как я и думал, Марта оказалась единственной верной служанкой императрицы.
— Ваше Императорское Величество, прошу, пройдёмте в дом. Горячий чай и пирожные по новому рецепту моего повара ждут не дождутся, когда их отведают.
— Что ж, будем с ними вежливы, — величественно произнесла моя тёща.
Ха… Как остроумно.
Спустя три минуты мы всемером разместились в гостиной. Императрица первой взяла чашку и, отодвинув одной рукой вуаль, сделал глоток."
"— Очень даже неплохо, — изрекла она, вернув чашку на стол. А затем повернулась к моей тётушке и властно спросила: — Мари, как ваш ребёнок? Растёт здоровым?
— Да, Ваше Императорское Величество. Благодарю, — залепетала она и склонила голову.
— Хм. Рада слышать, — спина императрицы была настолько прямая, будто она палку проглотила.
— А вы, Борис, Глеб, готовы к новому учебному году? — строго спросила она.
— Конечно, Ваше Величество.
— Абсолютно, Ваше Величество.
И эти тоже склонились…
— Кхм… — я кашлянул, выпуская лёгкий поток Ауры.
— Вам нездоровится, Аскольд Андреевич? — приподняла бровь тёща.
— Да вот… давление подскочило. К чему бы это, как вы думаете?
— Возможно, вам не стоило смешивать ягоды с совершенно разных полей?
— Вы считаете? — изобразил я задумчивость.
