Что-то мелькает в уголке глаза. Оно розовое и кружевное, перекинутое через ручку управления. Мне требуется несколько секунд, чтобы понять, что это такое.
Под ним записка, нацарапанная в бортовом журнале петляющим девичьим почерком.
Для пополнения твоей коллекции.
Недоверчиво качая головой, я сжимаю трусики Авроры в кулаке и подношу их к своим губам. Они все ещё теплые и влажные."
"Я глубоко вдыхаю, наполняя свою душу ароматом девушки, которая никогда не будет моей.
Глава двадцать шестая
Вечер пятницы, ещё один ужин Висконти.
Это редкий случай, когда я нахожусь в гардеробной без Греты, жужжащей вокруг меня, как назойливая муха, но Данте отправил ее в город выполнить несколько поручений. Итак, я не торопясь, принимаю душ в ванной комнате и осторожно втираю лосьон в свою больную задницу.
Каждый раз, когда моя рука касается кожи или я сажусь с слишком большой силой, ударная волна удовольствия прокатывается по низу моего живота. Это постоянное напоминание об Анджело и грязном грехе, который мы разделяем.
Приближаясь к свадьбе, я ловлю себя на том, что чувствую себя все более и более безрассудной, я не в состоянии соблюдать приличия или мораль каждый раз, когда Анджело устремляет на меня свой тяжелый взгляд цвета морской волны. Вчера, когда я стояла в приемной прибрежного особняка Донателло и Амелии в белом свадебном платье, в котором пойду к алтарю, меня кое-что осенило.
Возможно, приближение того дня, когда я выйду замуж за Альберто, сродни чувству, которое возникает у людей, когда они знают, что вот-вот умрут, и они ничего не могут с этим поделать.
Вы слышите истории о том, как раскрывается истинное лицо людей. Признание в своей бессмертной любви на последних вздохах или признание в своей самой глубокой, мрачной тайне, которую они не хотят унести с собой в могилу.
Свадьба кажется концом. Я устремляюсь к ней, подбираясь все ближе и ближе, и теперь проявляется мое истинное лицо.
Я Рори Картер, и я совершаю плохие поступки.
Мне нравится совершать плохие поступки.
Я сдерживаю улыбку, надевая лифчик и трусики, затем накидываю на себя шелковый халат. Я направляюсь к шкафу в попытке выбрать что-нибудь, что не заставит меня выглядеть первоклассной шлюхой до возвращения Греты, когда раздается тук, тук, тук в дверь.
Это останавливает меня на полпути. Они тяжелые и выбивающиеся из ритма.
Я прочищаю горло и спрашиваю: — Да?
Тишина.
