Ну да, это почти достаточно смешно, чтобы посмеяться, не считая того, что в том, что я сказал, нет ничего смешного. В том, что я только что сказал. Я тупица или как? Вот мы, разделяющие идеальный момент в его машине, и я должен был ляпнуть это весомое признание. Ляпнуть, когда он ведёт себя так чертовски хорошо по отношению ко мне.
– О, Боже, – бормочу я, чувствуя себя так, будто меня сейчас вырвет, моё лицо начинает гореть, а живот делает сальто назад. Бабочки внутри бушуют. – О, Боже, – повторяю я, с трудом поднимаясь с его колен и возвращаясь на своё место.
Мои руки так сильно дрожат, что я даже не могу открыть эту грёбаную дверь.
Он просто сидит в своём кресле, довольная ухмылка украшает его лицо. Господи, он выглядит таким самодовольным. Действительно, почему бы и нет? Он же грёбаный Джерард Уэй, и парень, которому я только что признался... признался, что люблю его. Когда мне, наконец, удаётся открыть дверь, я практически выпадаю на тротуар. Я кое-как восстанавливаю равновесие, держась за верхнюю часть двери.
Думаю, мне просто нужно убраться отсюда. Любой повод, чтобы уйти.
Офис мамы не так уж и далеко. Я вижу его отсюда. Я пойду пешком.
Так что я начинаю идти в том направлении. Ну, на самом деле больше бежать. Да, ладно, я бегу. И на самом деле не к офису, но примерно в том направлении. Я слышу, как хлопает дверь автомобиля и звук шагов по заснеженному тротуару позади себя, но я просто бегу, не поднимая глаз.
– Фрэнки, чёрт побери, остановись, – зовёт Джерард.
Я бегу вслепую, и люди сворачивают, чтобы не натолкнуться на меня.
Всё, о чём я могу думать, – я всё испортил. Я, блять, взял всё, что у нас было, и просто разрушил. О чем я вообще думал?"
"Дело в том, что я не думал. Да я даже не понял, что был тем, кто сказал это. Даже не понял, что слова вылетели из моего рта. Чёрт, я даже не знаю, что означают эти слова.
Я чуть не падаю, когда кто-то натыкается на меня сзади, но парень просто оборачивает руки вокруг моей талии и тянет меня назад, так что я не могу больше бежать, даже если попытаюсь.
Джерард очень тяжело дышит, не привыкший бегать так быстро, и, безусловно, сказываются несколько лет курения. Он задыхается, крепко обхватывая меня сзади.
– Боже, какого чёрта ты убегал? – кричит он, глубоко вдыхая через нос.
Я пытаюсь вырваться, но для такого худого парня у него чертовски сильные руки. Затем я чувствую это ужасное позорное чувство, поднимающееся вверх, как будто пузырь в моей груди лопнул, чувство, жгущее кожу на моём лице.
