Из моих глаз выскальзывают слёзы, потому что я чувствую его, и это больно. Намного больнее, чем не чувствовать ничего. Как будто он пытается разорвать меня пополам. Я больше не хочу ничего чувствовать. Я снова хочу быть онемевшим.
Это всё вина Джерарда. Если бы он не держал меня за руку, не был таким чертовски милым и хорошим, не заботился обо мне. Если бы он не заставил меня чувствовать эти вещи... Хотя, на самом деле, я никогда не хотел быть онемевшим.
Но теперь я могу чувствовать, и я чувствую всё.
Сквозь боль и слёзы часть меня понимает, что мне это нравится, я чувствую себя отлично. Чувствую себя замечательно. И из-за этого мне хочется кричать, из-за того, кто именно сейчас заставляет меня чувствовать себя так хорошо.
А затем я открываю глаза и понимаю, что это Оуэн вытирается старой футболкой. Это Оуэн усмехается, прежде чем выйти из моей комнаты. Это Оуэн заставляет меня задыхаться от рыданий в постели, липкой от моей собственной спермы. Оуэн, не Джерард.
Я сорвал с себя все маски.
***
Я знал это. Знал, что карма накажет меня за мои ошибки и недальновидность. Знал, что это случится.
Большую часть времени я могу быть невидимым. У меня нет друзей, у меня нет никаких ожиданий. У меня нет жизни. Легче лёгкого.
Но если кто-то меня замечает, я больше не могу быть невидимым. Тогда я могу только молиться о том, чтобы мне не причинили слишком много боли.
Я послушно вернулся в школу во вторник. Я чувствую себя отвратительно. Нечистым. Грязным. Я знаю, что чертовски болен.
Я знаю это. Вероятно, я самый большой урод на Земле. И серьёзно, я хотел бы умереть.
— Эй, педик!
Я не оборачиваюсь. Кто вообще реагирует на это? Даже ребята, чью ориентацию можно определить за километр, на это не оборачиваются.
— Эй, пидор, я с тобой разговариваю!
Как будто я этого не знаю. Коридор пуст, за исключением меня и группы из 5-6 парней, которые идут за мной. Это тот тип парней, которые считаются самыми крутыми, всем вокруг демонстрируют свою мускулатуру и, не стесняясь, говорят о девушках, с которыми трахались.
Это тот тип парней, которые тайно каждую ночь вместе с мамой смотрят шоу Опры Уинфри.
Я невидимый. Я невидимый. Я невидимый.
Вдруг я отрываюсь от пола, когда один парень поднимает меня на несколько сантиметров и прихлопывает к шкафчику в коридоре. Я съёживаюсь, когда моя голова ударяется о холодный металл, из-за чего перед глазами появляются чёрные пятна. Замок упирается мне в спину.
