Хлопнули контрольные выстрелы, и нападающие растворились в темном, загадочно шелестящем мокрыми ветками парке. Два повара и официанты выглянули из кухни только через десять минут. Они ничего не видели.
* * *Дело шло к вечеру, над Тиходонском сгущались сумерки. Рабочий народ возвращался по домам, нерабочий – наоборот – выходил в город развлекаться. Специальная операция ФСБ продолжалась. Теперь Сочнев сидел в микроавтобусе с одной из групп захвата и внимательно слушал доклады сотрудников службы наружного наблюдения.
– Скрипач зашел в магазин, купил бутылку водки. Сел в трамвай седьмого маршрута. Стоит на задней площадке…
Рация была переведена в режим громкой связи, поэтому доклад слышали не только Сочнев, но и водитель, и шесть «волкодавов» в черных комбезах с желтой надписью «ФСБ» на спине.
– Странный киллер! – пробурчал командир группы захвата. – Два часа сидел в сквере на скамейке, потом тянул пиво, теперь трамвай…
– Это он проверяется, – пояснил Сочнев, хотя мог этого и не делать.
Часовая стрелка неуклонно приближалась к цифре семь. Операция шла к завершению. Если все пройдет удачно, кроме наград и званий можно рассчитывать на продвижение в квартирной очереди. Детишки подрастают, вчетвером в тридцатидвухметровой «двушке» явно тесновато, да и Софочке с Павликом в одной комнате уже неудобно… Сейчас как раз сдается новый дом, может, ему выделят трехкомнатку из резерва?
– Скрипач вышел на конечной остановке, на Нахаловке. Направляется в сторону кирпичного завода…
– Подтягиваемся ближе, чтобы не скрылся в темноте! – сказал Сочнев водителю.
– Наверное, там у них разборка…
– Прошел переезд, свернул налево, к свалке…
Микроавтобус с зашторенными окнами, подпрыгивая, перекатился через трамвайные пути, медленно проехал по пыльной, немощеной и плохо освещенной улице, по обе стороны которой доживали свой век убогие, вросшие в землю домишки. Дальше проходили железнодорожные пути, и начинался огромный пустырь.
Сочнев поднял ночной бинокль. За узкоколейкой мотоциклист, развернувшись на сто восемьдесят градусов, страстно целовался с девушкой, сидящей на заднем сиденье. Это и были «наружники»."
"Дальше, подпрыгивая, двигалась маленькая фигурка с нелепым здесь скрипичным футляром. Впереди, между отвалов промышленного мусора, горел костер, рядом можно было различить четыре силуэта. Неужели это на них нацелен Косарь? Во всяком случае, вокруг никого не видно.
