– Не, как народ прется в эти Электромонтажники, я просто офигеваю, – продолжал он как ни в чем не бывало. – Как медом им намазано. Через год вообще не продохнуть будет. А раньше, помню…
– Ты, мать твою, на дорогу смотри! – каркнул сзади Клоп. Забывший на время о его существовании Буратино испуганно дернулся, выпрямился на сиденье, Арбуз сразу отвернулся к окну. – А то будет тебе и отель, и бизнес! И недвижка будет – враскорячку на больничной шконке! Понты колотить научились по-фраерски, а ведете себя, как школота!
– Пардон, шеф, – пробормотал Буратино, сбросил скорость и перестроился в правый ряд.
– Ты передо мной не пардонься, ты живым меня к Босому довези, больше ничего от тебя не надо, понял?
Буратино очень долго обдумывал его слова, а может, просто не решался подать голос.
– Все будет в елочку, шеф… – произнес он наконец.
Ехали молча. Потом Арбуз прокашлялся, спросил:
– А чего мы к Босому едем?
Он посмотрел на портфель, лежащий у него на коленях.
– Чего-то везем, да?
– Едем, чтобы на нас не наехали, – недовольно буркнул Клоп.
Наконец они доехали до Театральной площади, свернули на Солянку, с трудом проехали по узким улочкам, потому что вдоль хлипких заборов стояли машины братвы, приходилось буквально протискиваться – сантиметр справа, пять сантиметров слева. Буратино остался в тачке, Арбуза Клоп взял с собой за носильщика – чтоб солидней.
По виду судя, Босой совсем дошел. Тощий бледный скелет тонул в обложенном подушками кресле, как ложка в густом борще.
Вытаращенные глаза, сухие руки судорожно вцепились в подлокотники… Да, старик тонул, уходил на дно, и помощи ему не было. При виде Клопа (Клопу для этого пришлось подойти почти вплотную) он резко и как-то испуганно дернул головой.
– Ты ж помер, вроде, нет? – тихо проскрипел он.
Клоп кашлянул в кулак. Арбуз подошел к старику, поставил портфель на тощие, похожие на кегли, колени.
– Наша доля в общак, – сказал Клоп.
Возможно, до этого момента Смотрящий и в самом деле думал, что к нему пожаловал посланец с того света, чтобы забрать его грешную душу, но, учуяв запах денег, он отбросил в сторону всякую метафизику, проворно открыл портфель и заглянул внутрь.
– Сколько здесь?
Клоп озвучил сумму. Босой пустил слюну и даже слегка зарумянился.
– Толсто живешь, Клоп…
– Работаем, – скромно отозвался тот.
– И где ж ты подписался на такую работу?
– Да в Электромонтажниках делянка у меня…
– Про это слыхал краем уха. Район худой, нефартовый.
