– Был бы у тебя хоть дом, а то конура собачья! Заходить противно: крысы, блохи…
Она с лязгом захлопнула дверь и танцующей походкой направилась к хибаре Ящика.
Кстати, насчет штанов. Ниндзя мог поклясться, что видел телефон в заднем кармане ее джинсов, когда минуту назад она садилась в машину. Такой отчетливый прямоугольный силуэт на фоне округлой задницы. Зачем ей понадобилось возвращаться, он мог только гадать. А мог не гадать. Какой смысл? Все и так было зыбко, стремно и непонятно. Они едут в какую-то Сухую Балку, к его бабушке, которая на самом деле умерла лет двадцать назад, еще до его рождения.
И жила не здесь, а где-то на Ставрополье. И что они будут делать в этой Сухой Балке? Ёханый бабай!
Ниндзя знал одно: Цифра хочет его вытащить и готовит какое-то западло, потому что ничего другого она готовить не умеет. Может, она сейчас в ментовку звонит? Или крысомор в чае растворяет? Но что-то должно случиться. Надо смотреть в оба, если вдруг начнет чаем угощать – ни в коем случае не пить, хотя горло сухое и жесткое, как наждачка… Главное, быть ко всему готовым.
Даже к тому, что у Цифры пропадет настроение и, когда разъяренный Ящик будет сворачивать ему шею, она с безучастным видом включит погромче «Авторадио»…
А к этому, видно, и идет. К сворачиванию шеи, в смысле. Ящик глянул на него, как удав на кролика, залез в карман водительского сиденья, достал какую-то карту, развернул и положил Ниндзе на колени.
– Ну, показывай, как лучше ехать, да с какой стороны заезжать…
У Ниндзи зачесалось в паху.
Он наклонился над картой, посмотрел. Но ничего не увидел. Все тело болело, голова кружилась, тошнило. Карта расплывалась и выглядела, как гречневая каша.
– Чего-то не вижу… Наверное, масштаб мелкий, – сказал он. – Или у меня с головой что-то…
– Так может, тебе голову полечить?
Ящик стрельнул в него мутным глазом и показал огромный кулак.
– Ты, пацан, что – думаешь меня разжалобить?
Нет, Ниндзя об этом даже не думал. Это точно. Он прикрыл глаза, ожидая удара. Или чего похуже.
– Вот она твоя Сухая Балка! – Ящик тыкал пальцем в какую-то точку на карте, потом схватил Ниндзю за шею и сунул туда носом. – Как лучше заезжать, чтобы глаза никому не мозолить?!
– Да я же не водитель…
– Под дурака косишь, сученыш? До последнего жилиться будешь?! Пока на куски резать не начнем?! Где дом бабкин? На главной улице, на боковой? В начале, в конце? С какой стороны?
– Э-э… Кажется, вторая улица, направо, – промямлил он."
"И еще раз получил по шее.
