На фоне поврежденных ребер, отбитых внутренностей и поврежденной спины, это показалось ему проявлением сдержанной мужской нежности.
Вернулась Цифра. Молча села, толкнула его, поудобней устраиваясь, а в ответ на полный надежды вопросительный взгляд высунула язык.
– Ну, чего сидим? Кого ждем? – спросила она и засмеялась непонятно чему.
– Так, давай на восточный выезд, к «Ашану», потом пойдем направо, – скомандовал Ящик.
Мамочка резко тронулась.
– Да аккуратней ты! – выругался Ящик.
Цифра все время ерзала на сиденье и оглядывалась, при этом то ли случайно, то ли умышленно прижималась к Ниндзе.
Но сейчас на него ее штучки не действовали. Зато Ящик обратил на это внимание.
– Чего крутишься, коза? – буркнул он и тоже посмотрел через заднее стекло. – Твою мать, пожар!
– Сам козел! – с удовольствием смачно выговорила Цифра и опять рассмеялась.
– Да, дымище валит, – задумчиво проговорила Мамочка, глядя в зеркало. – Что там может гореть?
– Да кроме моего дома нечему! – Ящик заскрежетал зубами и выматерился.
– Там еще собачья конура есть, – Цифра выдула из жвачки большой пузырь. Он лопнул и обвис у нее на губе.
– Я же там все выключила! – воскликнула Мамочка. – От чего могло загореться?
– От крыс! – веселилась Цифра. – Закурили и спичку бросили! Представляешь, сейчас тысячи крыс разбегаются по округе!
– Это твоя сука, больше некому! – взревел Ящик.
Перед лицом Ниндзи мелькнула толстая волосатая рука, раздался шлепок, голова Цифры мотнулась назад.
– Ах ты животное! – взвизгнула Цифра.
– Тебе конец!
Теперь перед глазами Ниндзи протянулась тонкая гладкая рука с пистолетом, ствол уперся Ящику в висок. Преодолевая боль во всем теле, Ниндзя соскользнул на пол.
– Вы что, офуели!
Машина резко затормозила как раз в момент выстрела. Цифру бросило на спинку водительского кресла, резиновый шарик ударил в стекло, с силой отскочил, пролетел обратно и врезался в обивку сиденья.
– Гля, она припадочная! – заорал Ящик. – Она меня убить хотела!
Между тем Цифра выскочила на дорогу, обежала машину и, распахнув правую дверцу, прицелилась.
– И убью, козлина позорная! – завизжала она, щуря глаз.
«Макарыч» прыгал из стороны в сторону и вверх-вниз. Вряд ли она могла сейчас в кого-нибудь попасть. Но испытывать судьбу Ящику не хотелось.
– Перестань, Светка, с ума сошла?! – он вдавился в спинку и закрылся растопыренной пятерней. – Все, закончили! Извини!
– Спрячь пушку, дура, увидят! – крикнула Мамочка, и Цифра послушалась.
