Антитеррор 2020

Пока Тамара разбирала сумки, торопливо чистила свеклу, слонялся за спиной и снова читал лекцию:

— …Ты должна ставить глобальные цели и последовательно их выполнять. Просиживаешь задницу в школе, где каждый год одно и то же, одно и то же. Ты плесневеешь в этой дыре.

— Это нужная работа, — неуверенно заметила Тамара и переглянулась с грустным Арлекином — своей первой куклой. Остальных она прятала в шкафу, но Арлекина удалось отстоять, и он жил на кухонном подоконнике.

— Не говори глупостей. Надо менять свою жизнь, ты должна сама измениться.

— Русик, ну как я могу измениться? Мне тридцать два…

— Вот-вот. Старая песня. Мыслить надо позитивно! И не зови меня Русиком.

Тамара вздохнула, куда ей до Руслана: положительный, позитивный. Без недостатков: не пьет даже пива, не курит, не болельщик, не бабник…

— Так и будешь до пенсии шить уродцев и всего бояться, — подытожил Русик и вернулся к телевизору. Арлекин печально блестел глазами-бусинами.

Тамара ссыпала овощи в кастрюлю и уставилась в окно.

Русик прав, она лентяйка. И трусиха. Как одобрительно назвал ее Бахметов — профессиональная паникерша.

— Русик, а мне сказали, что предусматривать плохое — это талант.

— Вот поэтому у тебя и зарплата курам на смех. Без конца думаешь о плохом и мне позитив сбиваешь. Слушай больше своих клуш!

— Он не клуша, а из спецназа.

Бледный от негодования Русик возник на пороге.

— За моей спиной с мужиками, значит, крутишь?

— Нет, Русланчик, он к ребятам приходил, открытый урок…

— Он к тебе клинья подбивал, а ты и рада!

— Я, значит, о ней беспокоюсь, а она… она… — Не найдя слов, потряс кулаками.

 — Да ты сама — кукла безмозглая! — Швырнул об пол тряпичного Арлекина и протопал в спальню. Собрал «командировочную» сумку, долго одевался в прихожей. Тамара сидела в кухне, обняв тряпичного человечка, и глядела, как выкипает на плиту борщ.

Вздрогнула лишь, когда захлопнулась дверь.

— Эй, лежебока! — голос Светика был неприлично весел для утра субботы.

 — Ты знаешь, кто тебя ищет? Наш воин-красавец!

— Да ну тебя… Разбудила… Ой! — Сон как рукой смахнуло. — Бахметов?

— А то! В восемнадцать ноль-ноль сегодня в кафе на набережной.

— Я не пойду, это же неприлично! Надо отменить…

— По делу хочет встретиться. И не отменишь — предупредил, телефон будет выключен.

— Это не он, это я. Он три дня назад звонил. Ты бы себя измучила глупыми страхами. Марш маникюр делать! — И положила трубку.