Антитеррор 2020

Она улыбнулась стюарду — широко и вроде бы приветливо, но парня сдуло как ветром. Потом начала рассматривать меня, внимательно и неторопливо. Я тянул свой апельсиновый сок и ждал, пока она заговорит. Либо пока зазвонит мой коммуникатор.

— Ты не пассажир, — сказала она наконец, — на тебе нет браслета. И ты не из команды, потому что не в форме.

Я кивнул, подтверждая очевидное. Лень было тратить слова.

— Значит, остается только одно. Ты — глюкер.

— Железная логика, — согласился я, и она улыбнулась. Хорошая улыбка.

Как жаль, что сейчас эти прелестные губки сморозят одну из заезженных фраз. Что-нибудь вроде: «Наверное, это очень здорово быть глюкером».

— Ты не похож на очень счастливого человека. Видимо, не так легка ваша жизнь, как говорят.

Чтобы не быть невежливым, я пожал плечами и скупо улыбнулся.

Стюард принес два «Звездных ветра» и поставил на столик. В высоких бокалах подрагивала смесь всех цветов радуги — зеленый от абсента, красный от гранатового ликера, и много, еще много чего. Очень дорогая штука и очень убойная.

На чай зеленоглазая небрежно сунула ему банкноту в сто кредитов, такую же радужную, как ее коктейль. Глаза стюарда округлились, но больше ничем он не выдал своего удивления — сдержанно поблагодарил и испарился. Нормальные чаевые — два-три кредита, пять — это уже очень хорошо, десять — роскошно.

— Аннет, — наконец решила представиться она.

— Морис, — ответил я, и она слегка вздрогнула. Затем махом опрокинула полбокала, и глаза ее заблестели.

— Ты неразговорчив, Морис, — заметила она, — а это жаль.

Твой голос — как музыка.

— Рад, что вам нравится.

— Брось эти сопли, я ведь уже перешла на «ты». Я слышала о вашем уставе, ты не обязан соблюдать дресс-код и правила поведения для команды. А главное — тебя никто не принуждает лебезить со мной.

— Просто пытаюсь быть вежливым с дамой, которая носит на руке мою трехмесячную зарплату.

Аннет снова засмеялась. «Звездный ветер» действует быстро.

— Врешь. Ты должен неплохо получать здесь, это не баржа и не рудовоз.

Глюкер на пассажирском межзвезднике за три года зарабатывает на виллу в Райском Уголке.

Над барной стойкой мягко-красным вспыхнула предупреждающая надпись.

— Наверное, я не умею копить деньги. Возьми оба бокала в руки.

— Возьми в руки свои бокалы.

Аннет повиновалась, и пару секунд спустя лайнер вздрогнул. Инерторы погасили стремительность рывка, но бар немного тряхнуло — где-то зазвенело стекло, сосед слева вполголоса выругался, пролив напиток на одежду.