Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Пришедший должен назвать мой псевдоним и передать привет от моего брата Хазрета.

О собранных сведениях сообщать тайнописью, раствором хинина.

Письма направлять в Югославию, в адрес моего брата Хазрета и только в крайнем случае можно написать в Стамбул, почта Кутусу, 258, Селме Ханум.

Ответные письма будут приходить от имени Селмы Ханум, выступающей дальней родственницей моей матери. После этого был завершающий инструктаж. Мне было предложено не возвращаться в Новороссийск и Анапу, а переселиться в Краснодар, устроиться на работу, связанную с разъездами.

На этом обучение закончилось, оставалась переброска в Советский Союз. Исмаил высказывал Функе всякого рода опасения, связанные с переходом советской границы.

— Мучиться вам не придется, — успокаивал его Функе. — Во-первых, дорога уже знакома, во-вторых, полковник Ду позаботится, чтобы никаких препятствий турецкие власти не чинили, а оказывали полное содействие.

В последний день Функе вручил Исмаилу под расписку 500 рублей и золотые часы с цепочкой. Мурат же ему ничего не дал, кроме добрых пожеланий для матери, наказав ей молиться аллаху и просить у него защиты от всех бед.

— Вы вернулись откуда? — прощаясь, спросил Функе. И сам ответил: — Из Харькова! Не забудьте.

— А если забудете, — выдавил из себя неестественную улыбку Функе, — напишу в НКВД.

— Прочитал? — спросил меня майор, когда я зашел к нему.

— Прочитал. Спасибо.

— А мне тогда и спасибо не сказали, после доклада начальству, — заметил Андрей Карпович. — Я не обиделся. Ото, моя работа.

Увидев на моем лице недоумение, майор сам начал рассказывать о разгоревшемся споре у начальника отдела.

...— Что получили? — добивался Василий Васильевич ясного ответа. — Завербованного немцами агента. Правда, по своему положению он может собирать только то, что где-то видел, от кого-то слышал.

Начальник отдела, как всегда, разбирал по косточкам все плюсы и минусы, долго размышлял вслух. Закончил вопросом:

— А что мы от этого будем иметь?

— Разоблачение Пери, — сразу ответил Андрей Карпович, даже привстав на стуле. — А грек? Один грек чего стоит!

— Кстати, где он сейчас? — спросил Смиренин. — Ты садись.

— Глаз с него не спускаем, — присаживаясь, сказал Крикун. — Навар есть и — крепкий.