Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

Придется тебе пожить у артиллеристов, принять все меры к охране изобретения. Заодно, вместе с военными радистами, постарайся раскрыть эту таинственную радиостанцию…

Майор вышел из-за стола, сел в кресло против Белявина и задушевно, дружески сказал:

— Потом, я хочу спросить твоего совета, Николай Борисович!

— Пожалуйста, Федор Иванович!

— Понимаешь, с экспедицией все в порядке… Официально, так сказать. А неофициально — мне кажется, что эта экспедиция может стать удобным пристанищем для невыловленных парашютистов, если они, конечно, существуют.

Это, так сказать, удобный канал для просачивания шпиона в нашу советскую жизнь. Поступить на работу куда-нибудь на предприятие с липовыми документами трудно — нужно прописываться в милиции, становиться на военный учет… Другое дело — экспедиция, которая работает в горах и набирает временных рабочих. А я узнал, что экспедиция профессора Качемасова будет набирать для производства раскопок рабочих… Понимаешь ты меня?

— Понимаю, Федор Иванович.

— Я считаю, что в экспедиции профессора Качемасова нам нужно иметь своего человека — бдительного, хорошо знающего местные условия и археологию… Главное — археологию… Вот я хотел тебя спросить — не знаешь ли ты такого человека?

Федор Иванович внимательно смотрел на Николая, ожидая ответа.

— Право, не знаю, Федор Иванович! — пожал плечами Белявин. — Может быть, переговорить с Демидовым?

Величко недовольно нахмурился.

— Демидова мы не знаем и не имеем права давать ему какие-либо задания. Я предлагаю другое… Расскажи Наде о том, что в районе Каширской высажены парашютисты.

И проси ее от себя — пусть присматривается к окружающим…

— Надю! — удивился Николай.

— Да, Надю! Она — женщина, по-моему, серьезная, наблюдательная… Комсомолка, археолог, работник местного музея…

— Не знаю, право, справится ли она, — пожал плечами Белявин.

— Ты будешь рядом с ней…

Николай молчал. Майор встал с кресла и прошелся по комнате.

— Наша работа, Николай Борисович, очень трудная и очень ответственная.

Одни мы, без связи с народом, без поддержки народа, будем слепыми и беспомощными. В наше время не встретишь ветхозаветного шпиона в широкополой шляпе, подглядывающего из-за угла или крадущегося в потемках. Теперь каждый настоящий шпион в совершенстве обладает, так сказать, мимикрией. Его годами учат быть не тем, кто он есть, а тем, кем он должен выглядеть. Его учат и по одежде, и по разговору, и по образу жизни быть во всем похожим на рядового советского человека.