Но подходящих мыслей не было и только я стала паниковать, как услышала грохот в коридоре, потом чей-то грозный окрик, а затем дверь моей спальни выбили.
Не понимая, кто это: друг или враг, я интуитивно отползла в сторону и тут поняла, что в мою спальню ворвался Кайден Орлеанский.
В его глазах, когда он кинулся к нам и стал помогать мне подняться, я увидела все: начиная от страха за нас, облегчение, радость, что мы не пострадали…
Ну а я, … я была безумно рада его видеть в тот момент…
И у меня даже не закралась мысль спросить, что он тут делает и как узнал о случившимся.
Я просто устала быть сильной и доверилась человеку, который хотел, а, главное, мог, нам с Машей, помочь.
Безропотно дала замотать нас в его мокрую рубашку, безропотно побежала за ним следом, а потом покорно молчала, когда он подхватил нас на руки и побежал по лестнице, успокаивая и даже, если я не ошибаюсь, то и поцеловав меня в макушку…
Все эти условности и правила этикета не имели на тот момент никакого значения. Важным было только одно — выбраться из горящего дома…
И он нас вынес… меня и мою крошку…
Человек, которого я избегала и которого ни один раз выгоняла из своего дома… Но именно он оказался рядом в этот момент и помог нам…
Нет, это не говорило о том, что я тут же воспылала к нему любовью и с радостью отвечу на его чувства, которые он сегодня доказал своими действиями… Но благодарность к нему распирала меня изнутри и вылилась в то, что я шагнула и обняла его, тихо проговорив «Спасибо!».
"
"И я даже не подумала в тот момент о том, что мы не одни, что рядом стоит герцогиня-мать, которая выхватила у меня из рук Машу и причитала над ней, успокаивая…
Я просто этим жестом выражала свою благодарность этому мужчине, который ради нас рисковал собой.
А когда он осторожно и несмело обнял меня в ответ, я тут же вспомнила ситуацию с Миком, который опешил от моего подобного жеста.
И тут накатил стыд… Только я хотела отстраниться и объяснить ему свой импульсивный поступок, как Кайден Орлеанский усилил хватку и резко развернул меня, после чего его тело вздрогнуло, выгнулось и стало оседать в моих руках.
Тут же раздался испуганный крик Эванжелины Савойской, которая кричала «стрела, его убили…»
Началась паника, Арон кинулся закрывать герцогиню с Машей, какие-то два незнакомых мужчины, которые были с моими слугами, сразу же кинулись в ту сторону, откуда прилетела стрела, а я подхватила падающего графа и упала на колени, придерживая и положив его голову себе на колени.
