Анжелика. Путь в Версаль

Слепцы и безногие инвалиды закидывали на плечи свои костыли, чтобы они не мешали идти быстрее. Следом вышагивали горбуны, не успевшие избавиться от накладных горбов. Среди них оказалось и несколько настоящих калек. Анжелика с трудом понимала их язык, изобиловавший странными словами.

На перекрестке их атаковал отряд усатых головорезов. Сначала Анжелика подумала, что это солдаты или даже городская стража, но быстро догадалась, что это переодетые бандиты.

Под их пристальными алчными взглядами Анжелика чуть было не отступила.

Оглянувшись, она увидела, что ее со всех сторон окружает армия уродов.

– Ты что, боишься, красотка? – спросил один из бандитов, обнимая ее за талию.

– Нет, – ответила Анжелика, отбросив его наглую руку.

Бандит не унимался, и она отвесила ему оплеуху. Это было как гром среди ясного неба, и Анжелика подумала: «Что со мной будет?» Но она не боялась. Ненависть и возмущение, которые так давно копились в ее душе, вылились в страстное желание кусаться, царапаться и вырывать глаза.

Шагнув в пропасть, она легко достигла соответствия с окружавшим ее зверьем.

Забавник Деревянный Зад, неистово проревев что-то, властно восстановил порядок. Этот человеческий обрубок обладал загробным голосом, от которого окружающих бросало в дрожь и все замолкали. Его яростные слова прекратили потасовку.

Взглянув на бандита, Анжелика заметила, что у него все лицо в кровавых царапинах и он прикрывает глаза рукой.

– Здорово тебя отделала эта девка!

Услышав собственный вызывающий смех, Анжелика поразилась: выходит, не так уж тяжко находиться в этом аду; что же до страха… Впрочем, что такое страх? Это чувство, которого для нее больше не существует.

Оно годится для добропорядочных горожан, которых колотит дрожь, когда толпы нищих проходят под их окнами на кладбище Святых Мучеников, чтобы увидеть своего повелителя – принца нищих.

– Чья она? – спросил кто-то.

– Наша! – рявкнул Жанен. – И зарубите это себе на носу!

Его пропустили вперед.

Никто, даже обладая парой проворных ног, не пытался опередить его. Когда дорога шла вверх, бандиты, которых прозвали весельчаками, поспешно поднимали лохань с безногим и тащили ее на руках.

В квартале, через который они шли, стояла невыносимая вонь: в сточных канавах гнили остатки мяса, сыра, овощей, повсюду разносился затхлый запах гниения. Это был район, который называли Чрево, к нему примыкало главное хранилище тухлятины – кладбище Святых Мучеников.